Поиск

Новые статьи в Архиве КБ

[29.03.2016][Повести и романы]
Улыбка Джоконды Просмотров: 2651 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Стихи]
Яна Абдеева. Рожденная летать Просмотров: 2135 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (2)
[01.02.2015][Книжные рецензии]
Елена Невердовская. Греки — Скифы — Готы. Сезон первый Просмотров: 1736 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ. Продолжение Просмотров: 1663 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ Просмотров: 1677 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Ольга Мельникова, Леон Матус. ТЯРПИ, ЗОСЯ, ЯК ПРИШЛОСЯ! Продолжение Просмотров: 1765 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (6)
[01.02.2015][Интервью]
В «Контакте»: Яна Абдеева Просмотров: 2106 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)

Категории раздела

Рассказы [58]
Романы, повести, рассказы
Стихи [35]
Стихотворения, поэмы
Повести и романы [13]

Самые читаемые в Архиве КБ

[17.10.2012][Стихи]
Тамара Мадзигон (1940-1982). Стихи Просмотров: 13129 | Рейтинг: 5.0/2 | Комментарии (1)
[15.06.2012][Православная книга]
Марина Мыльникова. Белая ворона. Наталья Сухинина Просмотров: 8725 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[25.01.2014][Статьи]
Яна Абдеева. «Я жизнь должна стихом измерить...». О творчестве Фаризы Онгарсыновой Просмотров: 7410 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 6316 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[17.10.2012][Мемуары]
Вспоминая Тамару Мадзигон Просмотров: 5738 | Рейтинг: 5.0/1 | Комментарии (1)

Самые рейтинговые в Архиве КБ

[22.06.2012][Рассказы]
Борис Стадничук. Лимб. (Петруха и Пастернак) Просмотров: 4137 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (5)
[18.10.2013][Стихи]
Станислав Осадчий. Путь (стихи из романа "Шкипер") Просмотров: 3989 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (0)
[25.05.2012][Статьи]
Геннадий Банников. Смысл звука Просмотров: 3925 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (19)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 6316 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[19.07.2012][Стихи]
Евгений Демидович. А свет ещё горит Просмотров: 3313 | Рейтинг: 5.0/3 | Комментарии (1)

Новые файлы в Архиве КБ

[21.07.2015][2014]
№ 4, 2014 1684 | 3 | 81
[19.01.2015][2014]
№ 3, 2014 1958 | 0 | 99
[09.10.2014][2014]
№2, 2014 2008 | 0 | 117
[30.09.2014][2014]
№1, 2014 1918 | 0 | 161
[25.01.2014][2013]
№6, 2013 2604 | 0 | 402

Самые популярные темы форума

  • Монстры в творчестве Пушкина (стихотворение "Пророк") (48)
  • ВСЕМ ПОСЕТИТЕЛЯМ/ФОРУМЧАНАМ. (25)
  • Обращаюсь за помощью. Тема: что я написала? (12)
  • Драматическая ситуация (11)
  • План рассказа (9)
  • Опросы

    Какие книги Вы предпочитаете?
    Всего ответов: 124

    В галерее

    Всего материалов

    Публикаций: 657
    Блогов: 535
    Файлов: 77
    Комментариев: 6534
    Новостей: 1073
    В галерее: 193
    Объявлений: 5
    Форумы: 434
    FAQ: 7

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Стихи и проза журнала » Повести и романы

    Владислав Скитневский. Виват, Хирон! Виват! Хроника жизни юного кентавра. Роман


    ПРОЛОГ



                                             «Вот наша жизнь… –

                                             Не светлый дым, блестящий при луне,

                                             а эта тень, бегущая от дыма...»

                                                                                                        Ф.И. Тютчев

    В дверь заглянул женщина.

    – Отойди от окна и встань там, где я тебя поставила.

    – Там темно, а мне надо читать. Уже темнеет.

    – Будешь стоять всю ночь …

    – Тогда принеси мне Тютчева и Бодлера.

    –  Идиот! – прошипела женщина.

    Она  принесла зажженную лампу и два томика со стихами.

    – Когда же ты станешь у нас человеком?

    Мальчишка промолчал. Он подошел к женщине.

    – Посмотри на свою тень, – сказал он. – Она такая же злая, как и ты.

    Женщина удивленно посмотрела на стену.

    – А где же твоя тень? 

    Мальчишка тоже удивился, но не подал виду.

    – Моя тень не хочет быть рядом с твоей.

    Женщина со злостью ударила  ладонью свою тень. Громкий шлепок по стене слился с ее диким криком. Мальчишка расхохотался. По руке женщины стекала кровь, а на месте удара оба увидели старый ржавый гвоздь. Женщина выбежала из комнаты. Следом за ней выскочила ее, скорчившаяся от боли, тень.

    Уверенным шагом мальчишка подошел в другой угол комнаты.  Его насторо-жил приближающийся стук каблуков. Он остановился и прислушался. Стало тихо.

    Мальчишка направился к двери и шаги возобновились. «Ходят какие-то двое», – подумал он и отбежал к лампе. Шаги проделали тоже самое и снова останови-лись. Двое тоже побежали и остановились.

    Сжав кулаки, мальчишка пятился от лампы к противоположной стене. Острая боль пронзила его затылок. Он оглянулся.  Ржавый гвоздь и следы крови от ладони женщины. Струйка крови скользнула за воротник. Но тени его так и не было.

    – Ты ищешь свою тень? Я – твоя тень. Просто она невидимая. Бессмертие тени не имеет. Бог тоже «видимый всем и невидимый».

    – Кто ты?

    – Я твой двойник. Кентавр. Мы теперь сами не живет. Нам и не умирать.

    – Но причем здесь Бог? У каждого человека всегда есть своя тень.

    – Согласен. Но только твоя душа принадлежит не тебе, а только Ему.

    – Но ты-то здесь причем? Ты дьявол? 

    – Не оскорбляй меня.  Я – кентавр. Меня к тебе подселили к тебе еще до ро-ждения. С момента твоего первого вздоха. Вот уже тринадцать лет. Нас все чаще стали подселять в ваши души. Пока экспериментально. 

    – Вы хотите изменить нас?. Сделать химерами? Уродами?

    – Но так было задумано вами. Мне-то что? Нас подселяют и мы облагоражи-ваем вашу душу. Не одному же Богу делать это! Наверное, тебе тоже не хватает самого себя, как человека? Вот я и помогаю тебе. Когда ты начинаешь выходить из себя, то это я выхожу вместо тебя. И беру все на себя. А ты уж там сам разби-райся с Богом, что и где не так.

    – Так это ты топал сейчас так громко по коридору?

    – Да. Это я топал. Копытами. Посмотри на свои ноги.

    Мальчишка побледнел  и со злостью заколотил кулаками в дверь.

    – Откройте! Откройте! Мне надо вам что-то сказать.

    ЧАСТЬ  ПЕРВАЯ

    ГЛАЗАСТЫЕ

    ДОСОЗНАТИКИ

    ГЛАВА 1

                                                        «У матери особая роль: она одновременно есть, и ее нет».

                                                                                                                                К.Г.Юнг.  «Душа и миф».

    Белые ночи были в самом разгаре. Игнат, устремив взгляд на шпиль храма   Иоанна Крестителя, тихо произнес: «Ну, Господи, благослови меня и на это раз!».  Он покосился на спящую рядом женщину и тяжело вздохнул: « И ее тоже благо-слови, Господи!». Она тоже, устремив удивленный взгляд на шпиль храма, смот-рела на него с нескрываемым удивлением.

    – Это и есть храм Иоанна Крестителя?

    – Да, это он и есть.

    – А почему в твоей квартире окна ниже тротуара?

    – И за это спасибо, – тихо проговорил Игнат. – Это поповский дом.

    – Чьи-то сапоги снуют перед окном. Туда-сюда…

    – Вздремни еще часок. Ты вчера в поезде тоже не уснула …

    А белая ночь никак не могла  завершиться. Короткая и тревожная, она тяну-лась целую вечность, заставляя этих двух людей наблюдать, как рядом с окном то стояли, то удалялись чьи-то ноги в сапогах со шпорами. Но вот сапоги удалились от окна и не вернулись. Женщина обратила внимание на нежное белое облачко над шпилем. Чуть-чуть подкрашенное зарей, оно напоминало ей ангелочка, на крыльях и на личике которого первый луч оставил розоватый цвет. Ангел летел, протягивая к ней свои милые пухленькие ручки.  Женщина чуть приподнялась и протянула к нему руку  …

    Из ванной комнаты с полотенцем в руках  вышел Игнат. Женщина огляну-лась на него. Теперь стоял перед ней в белой нательной рубахе, заправленной в синие галифе. Никаких пышных бакенбард и академической бородки «замок» на его лице теперь не было. Но женщина не придала значения такой метаморфозе и отвернулась от него, боясь потерять показавшееся ей в утреннем небе чудо-ангела. Широко открытые ее глаза были снова устремлены в небо. Тяжелое ды-хание стало прерывистым.

    – А-а-а! – закричала она. – О-о-о-о!

    – Что? Что? – подскочил к ней Игнат. – Сейчас …  Я быстро …

    В дверь позвонили. Игнат лихорадочно застегивал портупею и кобуру.

    Женщина, взглянула на Игната. Лицо ее еще больше исказилось от ужаса. Она прикрыла рот рукой и рухнула навзничь …

    В то предрассветное утро арестованную, доставленную в следственное отделение «Ордена меченосцев», вместо допроса пришлось перевести в меди-цинскую часть, заменив временно статус подследственной на … роженицу. Здесь к такому казусу всегда были готовы.

    Врачи установили, что биение крохотного, словно персиковая косточка, сердца ребеночка, уже эхом отзывается  в материнском пульсе и просится на во-лю. Пробил его час выхода на свободу. Его, но не его матери. Но оба они с ней, в одинаковой мере, делали вместе все возможное и невозможное для встречи друг с другом в новом для младенца мире. Оба страдали. Каждый из них по-своему выбирался из сложившейся ситуации, и никому из них не было дела друг до друга, до той острой боли, которую они причиняли сейчас друг другу. Но инстинкт помогал каждому им цепляться за свою долю жизни, которая принадлежала им в равной мере по закону Природы. Боль и страдание они испытали вместе. Один, слабенький, недоношенный решительно и настойчиво пробивался вперед. Не считаясь с болью роженицы, он пробивался к новому для себя миру. Он покидал свое семимесячное пребывание в темнице, не ведая еще на что он ее променяет. И вот еще одна  сильнейшая спазма выталкивает его голову из чрева, и надеж-ные руки акушера уже ухватили ее, стали поддерживать, помогая высвободить из плена всю его целостность осторожно и бережно. Тяжко было обоим: и тому, кто изо всех своих маломощных сил пробирался в новый для него мир,  и той, которой надо было скорее избавиться от него, де-юре не принадлежащего ей.

    – Мальчик … – тяжело дыша,  выдохнула женщина-акушер.

    Раздался звук, похожий на хлопок в ладоши. Это акушерка шлепнула но-ворожденного по попке.   Зычный, почти командный голос заставил всех вздрог-нуть. Первый голос младенца. Но что в нем, в этом крике? Услышат ли его люди кроме этого узкого круга людей. Мальчик не прекращал голосить. Вероятно, это была его заявка на право жить и творить, ведь в каждом младенце всегда есть надежда на его будущее, с которым эти собравшиеся связывают и свои собствен-ные помыслы: добрые или злые.

    – Vernix caseosa –  произнес врач, увидев на тельце младенца пергамент-ную мантию. Он что-то шепнул акушерке, и та стала осторожно снимать ватным тампоном обильную первородную смазку новорожденного. Кто-то тихо сказал:

    – В рубашке родился. Счастливый!

    – Куда там …  Счастливый!

    – Недоносок …

    Акушерка запеленала ребенка и подошла с ним к человеку в военном, стоявшему поодаль. Врач, стоявший рядом, шепнул военному:

    – Вот она …  Tabula rasa.

    Военный присмотрелся к ребенку и вышел. Тем временем акушерка по-ложила животиком вниз на собственную ладонь, и все увидели его затылок, слег-ка скошен набок, но зато с прической «аля-Энштейн». Теперь все уставились с удивлением на его спину.  На  правой лопатке мальчика расположилось темно-красное родимое пятно, похожее на латинское Х.

    Врач внимательно присмотрелся к пятну и подозвал военного.

    – Вот оно. – Врач осторожно прикоснулся к пятну бинтом. На марле про-явилось розовое пятно.

    – Кровоточит…

    – Что это, по-вашему, доктор?

    – Не знаю. Думаю, что это знак Свыше!  Не к добру это…

    Присутствующие стояли молча. Они чего то-то ждали от этого младенца с нескрываемым  нетерпением. Каждый думал о своем: одни о прочитанных ими таинственных зарождениях младенцев в культурной жизни разных народов,  дру-гие о том, как незаметно, играючи произвели свое собственное, а третьи  не могли отвязаться от мысли, куда теперь деть суррогатную мать этого кричащего сущест-ва. И люди упорно стояли, устремив свой взор на это красное кричащее существо с широко открытым беззубым ртом. На лбу ребенка взбухали от собственного кри-ка вены, глаза  хотели вылезть из орбит, а по-стариковски сморщенное личико то покрывалось багряный цветом, то неожиданно светлело и тогда в нем проявля-лись вполне различимые черты нового человека. Вознеся вверх все имеющиеся у него четыре конечности, этот человечек продолжал свою, никем не понимаемую риторику. Наконец ребенок примолк и все услышали:

    – Пошли вон! Надоели! Я устал.

    Его речь сменилось голосом  роженицы:

    – Позовите сюда кого-нибудь из консульства!

    К ней подошел военный.

     – Я слушаю вас…

    –  Я – французская гражданка … 

    – Мадам! Вы – подследственная. Это ваш единственный статус.

     – Верните мне ребенка. Я буду жаловаться.

    – Мадам… Вы – суррогатная мать.

    – Верните мне ребенка …

    – Хорошо, хорошо вернем …

    Женщина разрыдалась.

    Военный торопливо вышел. Но в это момент  крохотный человечек закри-чал сильнее прежнего. Вздымая вверх кулачки и крючковатые ножки, он кричал что-то невнятное, но явно …  зловещее. Все переглянулись и притихли. Военный подозвал к себе врача:

    – Найдите ей другого мальчишку.

    ГЛАВА  2

                                   «Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается о том, как изменить себя»

                                                                                                                                                                                                  Л.Н.Толстой

    А между тем, еще два года тому назад, пасмурным осенним днем, когда вол-ны Невы поднимались уже выше ординара,  в  кабинете начальника «Ордена ме-ченосцев»  беседовали три человека: сам начальник, Игнат – сотрудник этого подразделения и Людмила Борисовна, подследственная из числа арестованных генетиков. Они рассуждали о сложности времени и о необходимости изменения сознания и поведения людей, живущих и строящих  общество, какого ни  в одной стране мира еще не было. Точнее, говорил больше сам начальник.

    – Но вот беда, – тяжело вздыхая, продолжал, – народ наш, завоевавший свою свободу в суровой борьбе с эксплуататорами, еще только-только учится по-нимать свое место в обществе. Я был недавно на строительстве «Беломоркана-ла». Его строят сотни тысяч наших граждан. Но, к сожалению, ими управляют ме-тодами линейного управления и потому в глубине их души невидимые часы отби-вают ритмы бесконечных повторений одного и того же смысла жизни на каждый. Измученные тяжелой работой, они живут в своих бараках, одержимые только од-ним вопросом: «Кто я?». И никто из них не способен ответить на этот  вопрос. Они не догадываются, что их человеческое существование попало  в линейное, как правило, силовое измерение их жизни. Это измерение  превратило их персонально каждого только в «номер», а точнее, – в «нуль».

    Начальник на минуту замолк и тяжело вздохнул.

    – А ведь с такими людьми мы сможем быстрее построить социализм. Но только хватит ли для этого самого человека? – Он снова задумался и посмотрел на правую стену, где висел портрет Дзержинского. – А ведь он, – начальник кивнул в сторону портрета, – первым начал задумываться о детях, о новом поколении. Только вот согласятся ли дети идти дорогой отцов!  Внуки и правнуки могут и не согласиться повторять их судьбу. Здесь закон социального наследования может и не сработать.

    Начальник вышел из-за стола и прошелся к окну, за которым тоже волновав-шаяся Нева просилась выслушать и ее, посылая через гранитную преграду волну за волной подслушать секретные разговоры.

    –   Вот вы , – обратился начальник в своим собеседникам, – оба хорошо под-готовлены, знаете по два-три языка. Уверен, что вы много прочли за свою моло-дую жизнь нужной для вас литературы. И что? Что от вашего чтения может ждать наша страна?

    Начальник пристально посмотрел в глаза Людмилы Борисовны.

    – Несколько лет тому назад мы вынуждены были создать специальное под-разделение – «ГрамЧК».  Народ научился читать, писаться, значит, научился и самостоятельно мыслить. Но … кому нужно его самостоятельное мышление, когда у нас должно быть единомыслие?  Вот ты, Игнат, в свое время хорошо проявил себя в боях с разного рода бандитами, с другими врагами нашего народа. За это мы тебя посылали учиться. Попробуй же теперь, вернувшись, проявить себя на поприще воспитания. Я посыл тебя под Харьков,  в Куряж. Там у нас готовится новая когорта человека. Человека-коллективиста! Здорово получилось! Куда те-перь исчезло у ребят зазнайство, выпячивание собственного «Я»? Там такого бы-стро приструнят и поставят на место.  Все должны быть одинаковыми. Не «Я», но – «Мы»! Пусть это будет обыкновенный нульмерный человек.

    – Просто нуль. … – Людмила Борисовна даже встала с кресла.

    – Успокойтесь…

    Все время безучастно сидевшая на диване женщина побледнела и стала что-то искать у себя по карманам своего помятого пиджака …

    – Да, да! Конечно …  Вот папиросы.

    – Спасибо!

    – Вот видите, Людмила Борисовна, – обратился начальник к женщине. – Я и пригласил вас, как специалиста-генетика, чтоб помочь нам разобраться во всех этих проблемах. Не мы первые, не мы последние. Еще в 1762 году одна образо-ванная женщина, вступившая на русский престол, поручила Ивану Ивановичу Бецкому провести опыты на предмет поиска «новой породы людей». Но у него ни-чего хорошего не вышло. А вы знаете об этом, Людмила Борисовна?

    Женщина  с удивлением посмотрела на начальника. Такого познания она от него не ожидала.

     – Конечно, знаю. Чего только стоит его кадетский корпус и пансион благо-родных девиц! Но только вот Бецкой вырывал ребенка из семьи и отдавал его в руки наставников. Семья-то в воспитании не участвовала. А это очень плохо.

    – Нет, нет, Это не так уж и плохо. Я имею в виду – для нас с вами, сидящих здесь. Мы будем вырывать ребенка не из семьи, чтоб не травмировать ее и не увеличивать число сирот. У нас есть другой вариант. Вы, насколько мне известно,  работали не с педагогами, а с этими … Какая это наука вас там была?

    – Педология, – напомнила Людмила Борисовна.

    – Вот, вот, она самая!

    – Но мы, генетики, работали с ними творчески, хотя нас порой смущала их манера фатально предопределять задатки наследственности. Хотя в науке допус-кается инакомыслие.

    – Тихо, тихо! Это вы бросьте!

    – Простите! Но у нас с ними были удачные, довольно интересные экспери-менты …  Если бы …

     – Если бы не аресты, хотите вы сказать?  – И начальник поднял брови, поти-рая руки и искоса взглянув на Игната. – Вот я хотел бы просить вас присоединить-ся к одному эксперименту, имеющему прямое отношение к генной инженерии. Да-вайте-ка ближе к делу. Игнат! У нас здесь приватная беседа. Я считаю, что лич-ность должна формироваться в полном одиночестве. Созданы оригинальные дет-ских учреждения. Но в них засели генетики, кибернетики, фредисты, и еще эта дама … Как ее, Игнет?

    – Сабина? Из Ростова-на-Дону?

    – Да, да. Она. Вспомнил. Умная женщина. Но мы …

    Начальник заметил, как Людмила Борисовна встрепенулась и побледнела. Он придвинул к ней папиросы и пепельницу.

    – Спасибо! Но что с ней?

    – С ней все в порядке.  Она пока за границей.

    О чем шел разговор в кабинете начальника, можно было только догадывать-ся. Судя по разговору, в котором употреблялись такие термины как «генотип», «генетическая модель личности нового человека», «многомерный человек», речь шла об экспериментах с участием детей. Людмила Борисовна поняла, что с ней имеют дело люди далеко не те, какими она их представляла, сидя в камере пред-варительного заключения.

     «Но как все они умеют мастерски использовать метод метаморфозы, пере-воплощаясь в того или другого, – подумала Людмила Борисовна и быстро загаси-ла в пепельнице окурок папиросы. – Надо быть осторожнее. Я же сильно рискую. Если соглашусь на такое, что это может удивить многих моих коллег. Господи! – мелькнуло у нее в голове. – А что будет с моей семьей? Господи! Как страшно это все».

    – Не кажется ли вам, Людмила Борисовна, – прервал ее голос начальника, – что страх заставляет человека рабски выполнять все, что ему прикажут.–  Он по-молчал. – Особенно если это касается его родных и близких?

    Людмила Борисовна промолчала и снова потянулась за папиросой.

    – Скажу по секрету, – начальник покосился на Игната, – именно страх спосо-бен заставить человека работать творчески, с полной отдачей сил, ответственно. Особенно это хорошо получается в неволе. Главное. Чтоб был бы Его Величество Страх! Люди, конечно, разные. А нам надо иметь людей сильных, волевых, спо-собных переносить любые страдания.

    Начальник вдруг заговорил о том, что для страны нужен человек, не похожий на европейца – «западоида», с его вырождающейся сущностью и полной дегра-дацией, ставшей продуктом расплаты за достигнутый прогресс. Наша же страна – евразийская, и потому ее люди не могут  иметь ничего общего с человеком со-временной Европы. Он еще долго говорил о том, что через полвека или чуть больше в стране появятся люди предприимчивые. На смену коллективной собст-венности придет частная собственность с ее рыночными отношениями к экономи-ке. Вот здесь то и появится человек, свободный от коллективных чувств. Он станет эгоистичнее, агрессивнее, утратившим чувства сопереживания, даже чело-вечности.

    – Я не преувеличиваю, Людмила Борисовна. Я говорю лишь о возможном факте, который мы должны проверить на опыте. Наши подопытные должны оку-нуться в жизнь и переживать все ее ценности, значение которых мы определим сами. Мы с вами должны увидеть  весь процесс переживания детьми тех страда-ний, которые мы им зададим согласно эксперименту. Хотя жизнь и сама может разнообразить набор этих страданий. Жизненный путь этих детей мы должны проследить по всем его возрастным этапам до их совершеннолетия. Нам необхо-димо быть предельно внимательными к судьбе этих детей, жизненный путь кото-рых окажется в наших руках. Это вам не страдания юного Вертера, хотя и к ним надо присмотреться. Только не нам, а нашим подопытным мальчикам и девочкам.

    Наконец начальник вернулся к столу.

    – Людмила Борисовна! Что вы скажете как генетик?

    – Существует уже достаточно методов введения в клетку человека жела-тельной для общества генетической информации. Но кто-то должен быть заказчи-ками этой информации. Пока таких заказов еще не было: это же большая ответст-венность перед человеческим сообществом.

    Начальник вышел из-за стола и потер руки.

    – Ну, кажется, мы обговорили почти все. Но помните, Людмила Борисовна, грядет век бифуркации. Это будет трудный процесс преобразований человека планетарного масштаба. И новые поколения людей станут совсем другими.

    – Простите меня, пожалуйста, – обратилась Людмила Борисовна к начальни-ку. – Но ведь бифуркации предполагает раздвоение.

    – Да, конечно. Она вообще полна неожиданностей. Роль случайности здесь очень велика, так что будьте осторожнее.

    После этих слов он подошел к краю стола и нажал кнопку. В кабинет вошел конвоир.

    – Уведите! – И главный меченосец кивнул в сторону Людмилы Борисовны.

    Дверь закрылась, и  начальник присел к Игнату на диван.

    – Завтра отправляешься. С ней!

    Игнат встал с дивана и вытянулся, взяв руки по швам.

    – Сиди, сиди! Ты там – успешный предприниматель. Денег не жалей! Круг  предпринимательских интересов – генная инженеря. Без товара не возвращайся.

    –  А если ….

    – Что если?.

    – Если Людмила Борисовна там исчезнет.

    – За это ты ответишь головой. 

    Он взял Игната под руку и подвел к окну. Игнат внимательно слушал. За ок-ном ветер гонял по Неве волну за волной. Они набегали к окнам Большого Дома и разбивались о гранит, стремясь перезаглянуть в окно, чтоб подслушать секретный разговор, но снова и снова разбивались о гранитную преграду.

    – Людмилу Борисовну, дорогой мой,  уже давно ждет в Стокгольме ее отец.  Он уплыл еще «Философским пароходом».  Она с ним  уплыть или не смогла, или не захотела. Будучи в Казахстане на практике, она вышла замуж за историка-археолога. Сейчас он с дочерью здесь, в Ленинграде. Пока. А там посмотрим.

    – Почему пока? Они тоже уедут за границу?

    – Они же наши заложники. Если все выполнит … Тогда …

    Начальник долго и пристально смотрел в глаза молодого подчиненного.  Иг-нат выпрямился и взглянул в его глаза. В них … ничего не было. Пустота.

    – Вот папка. В ней все. Имей в виду, там иногда случается торговля  биоло-гическим материалом. Проверь это. Поторгуйся. Да осторожнее. Удачи тебе … 

    Начальник хлопнул Игната по плечу и подтолкнул его к двери.


    (продолжение следует)


    Рисунок Нади Рушевой.




    Категория: Повести и романы | Добавил: Лиля (06.05.2013)
    Просмотров: 1213 | Теги: Хирон! Виват! Хроника жизни юного к, Владислав Скитневский. Виват | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Яндекс.Метрика