Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ. Продолжение - Мемуары <!--if(Публицистика журнала)-->- Публицистика журнала<!--endif--> - Каталог статей - Книголюб

Поиск

Новые статьи в Архиве КБ

[29.03.2016][Повести и романы]
Улыбка Джоконды Просмотров: 469 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Стихи]
Яна Абдеева. Рожденная летать Просмотров: 1182 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[01.02.2015][Книжные рецензии]
Елена Невердовская. Греки — Скифы — Готы. Сезон первый Просмотров: 1011 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ. Продолжение Просмотров: 968 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ Просмотров: 985 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Ольга Мельникова, Леон Матус. ТЯРПИ, ЗОСЯ, ЯК ПРИШЛОСЯ! Продолжение Просмотров: 1057 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Интервью]
В «Контакте»: Яна Абдеева Просмотров: 1152 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)

Категории раздела

Мемуары [24]
Статьи [40]
Интервью [10]
Эссе [16]
Монографии [0]
Книжные рецензии [15]

Самые читаемые в Архиве КБ

[17.10.2012][Стихи]
Тамара Мадзигон (1940-1982). Стихи Просмотров: 9876 | Рейтинг: 5.0/2 | Комментарии (1)
[15.06.2012][Православная книга]
Марина Мыльникова. Белая ворона. Наталья Сухинина Просмотров: 7415 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[25.01.2014][Статьи]
Яна Абдеева. «Я жизнь должна стихом измерить...». О творчестве Фаризы Онгарсыновой Просмотров: 5328 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 5017 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[13.07.2012][Стихи]
Оксана Боровец. Имя прилагательное Просмотров: 4009 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)

Самые рейтинговые в Архиве КБ

[25.05.2012][Статьи]
Геннадий Банников. Смысл звука Просмотров: 3000 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (19)
[18.10.2013][Стихи]
Станислав Осадчий. Путь (стихи из романа "Шкипер") Просмотров: 3038 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (0)
[22.06.2012][Рассказы]
Борис Стадничук. Лимб. (Петруха и Пастернак) Просмотров: 3349 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (5)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 5017 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[05.05.2014][Назад в будущее]
Иван Андрощук. Пирамиды Нью-Йорка Просмотров: 1173 | Рейтинг: 5.0/3 | Комментарии (1)

Новые файлы в Архиве КБ

[21.07.2015][2014]
№ 4, 2014 806 | 0 | 52
[19.01.2015][2014]
№ 3, 2014 1109 | 0 | 74
[09.10.2014][2014]
№2, 2014 1292 | 0 | 92
[30.09.2014][2014]
№1, 2014 1268 | 0 | 137
[25.01.2014][2013]
№6, 2013 1924 | 0 | 375

Самые популярные темы форума

  • Монстры в творчестве Пушкина (стихотворение "Пророк") (51)
  • ВСЕМ ПОСЕТИТЕЛЯМ/ФОРУМЧАНАМ. (27)
  • Даун (25)
  • Липовый дождь (22)
  • Я у Ваших ног (21)
  • Опросы

    Какие книги Вы предпочитаете?
    Всего ответов: 113

    В галерее

    Всего материалов

    Публикаций: 659
    Блогов: 535
    Файлов: 77
    Комментариев: 6697
    Новостей: 1074
    В галерее: 193
    Объявлений: 5
    Форумы: 690
    FAQ: 7

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Публицистика журнала » Мемуары

    Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ. Продолжение

     

    О друзьях, и не только

    Круг моих друзей в этот период расширился. В основном это были коллеги по аспирантуре, члены их семей, а также приятели. По семейным и государственным праздникам мы встречались большими компаниями. За сдвинутыми, скромно накрытыми столами усаживалось двадцать и более человек. Посещение кафе и ресторанов тогда было не принято. Да и существовало их в городе – раз, два и обчелся. Чаще просто навещали друг друга со скромными кухонными посиделками. Нас сближало схожее отношение к жизни и окружающим людям, общие взгляды на события в стране и мире, на произведения литературы и искусства. А главное – чувство доверия и взаимной симпатии. Не всегда и не со всеми отношения были ровными, случалось всякое, в том числе пришлось и предательство пережить. Я хочу кратко остановиться лишь на тех людях, дружба с которыми сохраняется и в настоящее время или продолжалась до их ухода из жизни. О некоторых из них я написала раньше.  

    С Левой мы обучались в аспирантуре на одной кафедре. Работая над кандидатской диссертацией, он часто бывал в Москве, где познакомился с правозащитником Петром Якиром и стал бывать у него в доме. Рассказывая об этих визитах, восхищался свободомыслием хозяина и его гостей. Судебный процесс, а особенно признание Якиром своей «антисоветской деятельности» поразили моего приятеля, да и меня тоже.  Ведь Петр был сыном знаменитого военного начальника Ионы Якира, репрессированного и расстрелянного в 1937 году. 

    Я подружилась и с Левиной женой Валей – добрым, хорошим человеком, хлебосольной хозяйкой. Она заведовала бактериологической лабораторией в тубдиспансере. Позже помогала мне выполнять часть докторской диссертации, связанную с бактериологией, а я по теме этого раздела руководила осуществлением ее кандидатской.

    В их доме я познакомилась с Лорой, которая стала моей ближайшей подружкой. Об этом редкой душевности человеке я позволю себе рассказать подробней. Она, как и я,  была сотрудником одной из кафедр Института усовершенствования врачей. Во время нашего знакомства Лора уже разошлась с мужем, а я только собиралась это сделать. У обеих росли сыновья, почти ровесники. Подруга жила вместе с мамой – Еленой Антоновной, преподавателем русского языка в мединституте. В середине тридцатых годов Лорин отец с женой и двумя детьми приехал из Семфирополя в Алма-Ату и стал заведующим одной из кафедр мединститута. Незадолго до начала Отечественной  войны он оставил семью и ушел к другой женщине, с которой в дальнейшем переехал в Сталинобад (Душанбе), где тоже заведовал кафедрой. На фронтах войны погиб старший брат подруги, а через несколько лет умер и отец.                 

    Когда я ближе познакомилась с Лорой и стала бывать у нее, многое меня удивляло и восхищало. С довоенных времен Лорина семья жила в трехкомнатной квартире кооперативного, косого (по отношению к прямой улице) двухэтажного дома. В те времена в Алма-Ате строились подобные дома. Считалось, что такое расположение построек - один из факторов их  сейсмостойкости. Две смежные комнаты были среднего размера, а одна – небольшая. Во время войны к ним подселили в нее эвакуированных из Ленинграда людей, а после войны – другую семью. По прошествии нескольких лет комнату вернули хозяевам. Кухня была крошечная, и посиделок в ней не припомню. Мебель в квартире стояла примитивная. Так, буфет заменял сделанный из крашенных досок шкафчик, в верхней части которого отсутствовали даже створки.

    Несмотря на скромность обстановки и скудную в то время жизнь, это был необыкновенно гостеприимный и теплый дом. Каждое воскресенье в течение многих лет по вечерам у них собирались друзья - интересные, достойные люди. При этом никого не приглашали, даже по телефону не договаривались. Но все близкие знакомые знали, что в этот день Елена Антоновна и Лора принимают друзей. В одной из комнат стоял накрытый скатертью круглый стол, при большом количестве гостей он раздвигался. Угощали вкусно заваренным чаем, иногда чем-то печеным и салатом оливье. Друзья тоже приходили не с пустыми руками, приносили какую-нибудь еду, а нередко и спиртное. Можно было и друга привести. Всем в доме были рады. Собравшиеся друзья рассказывали о каких-то интересных событиях, о прочитанных книгах и увиденных фильмах. Разговоры на политические темы не велись. Общение всегда оставляло приятное чувство.            

    Состав визитеров со временем менялся. Одни покидали Алма-Ату, другие просто отдалялись, а третьи появлялись впервые. В отличие от подруги я гостей к себе приглашала - либо по поводу семейных торжеств, либо в связи с приездом в Алма-Ату приятных мне людей. В этих случаях в ответ на приглашение Лора обычно спрашивала:

    - На кого зовешь?

    Время шло. У подруги подрастал сын Славик, про которого бабушка однажды вопросительно сказала:

    - И в кого только он у нас такой хороший?

    В доме появилась собака-фокстерьер по кличке Фоксик, а потом и кот – Ромка. Лора с мамой привечали гостей не только по воскресеньям. К ним частенько приезжали погостить или останавливались на время командировки друзья и  знакомые друзей из других городов. В силу разных обстоятельств иногда поселялись и алмаатинцы.

    Однажды одна из постоянных гостей Лориного дома, профессор-юрист, пришла к ним с трехлетним внуком, посещавшим обычный советский детский сад. Когда гости, встав из-за стола, собрались расходиться, мальчик первым выбежал в переднюю, быстро вернулся и радостно сообщил:

    - А ваш Фоксик в передней насрал!

    Взрослые готовы были рассмеяться, но улыбки застыли на их лицах. Молодая бабушка оставалась серьезной. Взяв ребенка за руку, она быстро попрощалась и ушла. А Елена Антоновна отметила:

    - Девочки, вы постарели. Раньше приходили с любовниками, а теперь с внуками.

    При общении с Лорой удивляли ее дружеские отношения со второй женой отца. В разговоре она иногда ласково называла Инну Григорьевну «мать- мачеха». При жизни отца ежегодно проводила у них часть отпуска. В мою бытность регулярно ездила в Сталинобад с сыном. После смерти мужа Инна Григорьевна перевела на Лорино имя все его личные сбережения, что на несколько лет обеспечило подруге безбедную жизнь. Возможно, часть этих денег тратилась на скромные, но постоянные воскресные приемы. Об отце подруга вспоминала с любовью. Рассказывала, как в молодости он увлекался парашютным спортом. Приводила по памяти его любимые поговорки и стихи. Однажды она попросила маму что-то купить Инне Григорьевне для отправки в Сталинобад. Когда та возразила, кратко ответила:     

    - Нам нечего делить.

    Не менее дружелюбными были отношения Лоры со свекровью и свекром, который заменял ее сыну отца. Она вышла замуж за своего однокурсника, будучи студенткой мединститута. Родители (комсомольцы двадцатых годов) дали ему революционное имя – Вилорий (от начальных букв слов - Владимир Ильич Ленин, Октябрьская Революция), а в быту просто Виля.

    Незадолго до нашего знакомства Лора с Вилей разошлись. К этому привело чрезмерное употребление им алкоголя. Возможно, живи подруга одна, она бы с этим смирилась. Но у Елены Антоновны почти постоянно выпивший мужчина вызывал неприятие. По рассказам Лоры, каких- либо скандалов не было: «Просто мама делала вид, что мой муж для нее не существует». И с этим Лорочка ничего поделать не могла. Виля ушел сначала к своим родителям, а потом покинул Казахстан. Мне довелось познакомиться с ним несколько позже – заболев туберкулезом, он лечился в институте, где я работала. Это был славный, интеллигентный человек, но… Вылечившись, Виля снова уехал за пределы республики, работал врачом, женился, у него появились дети. Он периодически менял место жительства и работу. Умер относительно молодым. В воспитании старшего сына участия не принимал.     

    За время нашего знакомства у Лоры и у меня случались разные невзгоды. Хотелось дружеской поддержки и тепла. Общаясь по телефону и не останавливаясь подробно на тех или иных неприятностях, мы в этих случаях просто просили друг друга:

    - Скажи мне что-нибудь теплое!

    Потом укоротили эту фразу:

    - Скажи «утюг», - просила я.

    - Утюг, утюг, горячий утюг, - повторяла подруга, и на душе становилось теплей.

    Судьба подарила мне дружбу с Раей и Аркадием. Они приехали из Актюбинска обучаться в ординатуре. После ее окончания снова работали в этом городе, куда их направили после окончания Ленинградского мединститута. Во время Отечественной войны, когда Аркаша был еще мальчиком, вражеской бомбой ему оторвало часть ноги ниже голени. Всю остальную жизнь он ходил на протезе. Это не мешало ему вести активную жизнь – работать оперирующим хирургом, быть заядлым охотником и водить автомобиль. Хотя мы жили в разных городах и встречались во время командировок (правда, довольно частых), я всегда могла рассчитывать на их дружескую поддержку в трудные минуты жизни.

    В эти же годы я сблизилась с семьей сотрудника параллельной кафедры, работавшего над кандидатской диссертацией. Звали его Курт. Он вырос в Румынии и жил в городе Черновцы, который за пару лет до войны вместе с другими территориями присоединили к СССР в качестве Западной Украины. Он был полиглотом, окончил Одесский медицинский институт, а жена по имени Ася - Московский библиотечный. Вместе с крошечной дочкой они сначала жили в съемной комнате частного дома без удобств, а потом переехали в трехкомнатную «хрущевку». Подружка иногда шутила:  

    - Ну, что ты хочешь от Курта, ведь он «не наш человек»!

    Его представления о жизни действительно отличались от наших. Как-то Курт объяснял мне:      

    - Я буду чувствовать себя свободным, когда буду делать то, что хочу, соблюдая, конечно, закон. Захотел поехать в Париж – быстро и просто оформил визу, купил билет и через пару дней гуляю по Елисейским полям. И никаких тебе характеристик и собеседований в райкоме партии.

    В их доме я познакомилась с Вовой и Нелей, которые стали очень близкими мне людьми, всегда готовыми к трогательной дружеской помощи в большом и малом. Вова был доцентом–химиком на одной из кафедр университета, а Неля -  редактором в издательстве. Потом она стала помогать ученым в написании докторских диссертаций. Один из них пригласил ее на работу. Он руководил институтом, который занимался проблемами сельского хозяйства. Подруге была предложена тема кандидатской диссертации. Неля ее успешно выполнила и защитила.

    Один из выводов ее работы убеждал, что не нужно увеличивать посадки овощей и осваивать для этого новые земли. Экономически более эффективно строительство хороших овощехранилищ для сохранения уже получаемых урожаев. Я вспомнила об этом, когда вместе с сотрудниками кафедры и приехавшими  на обучение врачами периодически посещала плодоконсервный комбинат. Нас направляли туда на целый рабочий день перебирать гниющие овощи. Почему-то до сих пор не могу забыть вид и запах дожившей свой срок картошки. Наверно, Неля была права. Так или иначе, но через пару лет комбинат стал обходиться без нашей помощи. 

    Все упомянутые мной друзья и их близкие знакомились между собой и  бывали друг у друга. Мы обменивались для чтения произведениями, опубликованными в «самиздате» и «тамиздате». Вспоминаю, как однажды у Вовиного младшего брата Левы и его жены Светы (по специальности – физиков) мы ночью по очереди читали вслух самиздатовское «Собачье сердце» Булгакова. В другой раз Вова принес мне «Лолиту» Набокова в зарубежном издании. Таким образом, мы открывали для себя целый ряд ранее неизвестных нам писателей. 

    Кстати, Лева когда-то мечтал о профессии кинорежиссера. Любовь к киноискусству у него не угасала. И вот при праздновании очередного дня  рождения друзья скинулись и подарили ему небольшую любительскую кинокамеру. Лева быстро ее освоил и стал снимать короткие немые черно–белые фильмы. Он был сценаристом и режиссером, а также оператором и актером. Так появился «Левфильм». К созданию кино привлекались и друзья. Они были не только актерами, но принимали участие и в написании сценариев, а также в организации съемок. В одном из фильмов в качестве актрисы участвовала и я. Снятые Левой картины отличались добрым, искрящимся юмором, выдумками и операторскими находками. Глядя на смонтированную пленку, мы все хохотали. После расставания оставалось чувство радости и веселья.   

    В начале семидесятых годов я, Вова и Неля стали заядлыми туристами и почти ежегодно совершали поездки по городам и весям страны: по рекам Северной Двине и Волге, по Золотому Кольцу, по заповедным местам Узбекистана, Армении, Грузии, Карелии и Соловецких островов. Организатором наших путешествий был Вова. Когда после первой туристической поездки на пароходе «Гоголь» мы вернулись в Архангельск, он сказал:

    - Вечером идем в ресторан. Нужно отметить нашу совместимость при столь близком и  постоянном общении.

     Его слова сначала меня удивили, но потом я вспомнила, что в моей жизни бывали случаи, когда длительное и тесное общение даже с близкими друзьями становилось обременительным.

    Среди моих друзей в эти годы появились и творческие люди. Одной из них была поэт Руфь Тамарина, автор пятнадцати книг, изданных в основном в Казахстане. Она была немного старше меня. Нас роднило многое, в том числе счастливое детство и последующие репрессии родителей. На мою долю не выпало и части тех испытаний, которые довелось пережить ей. Позволю себе перечислить лишь название глав ее биографии, написанной мной после смерти Руфи в Томске, где жил ее сын:

    1. От рождения до первого тюремного срока (детство и отрочество, арест родителей, первая любовь, поступление в Литинститут, Финская война, первое знакомство с ГУЛАГом); 2. Отечественная война. Снова любовь и встречи с КГБ (начало ВОВ, новая любовь и первое следственное дело, штрафная рота, рождение и смерть дочери, последние месяцы ВОВ, окончание Литинститута, новая встреча с КГБ, второе следственное дело, допросы и приговор); 3. Особый лагерь для политзаключенных (жизнь за «колючкой» - будни, смерть Сталина и Кенгирское восстание, встреча с будущим мужем, ХХ съезд КПСС, освобождение и реабилитация); 4. Жизнь на воле (Балхаш – Алма-Ата,  Томск).

    При общении с Руфью всегда ощущалось женское начало. Оно проявлялось не только в любви к мужу, сыну и дому. Ей хотелось быть привлекательной и украшать себя. Она говорила:

    - Когда я хорошо выгляжу, у меня и состояние соответствующее, и чувствую себя лучше, даже походка меняется.

    Привожу некоторые стихотворные строки Руфи «о времени, о жизни, о судьбе»:

     

    Я люблю тебя очень

    такого несхожего,

    и такого похожего

    на сотни мужчин -

    сухощавого, смуглокожего

    и с усталою сеточкой

    добрых морщин.

     

    * * *

    Мне так однажды повезло,

    как только в снах везёт и в сказках,

    и гороскопам всем назло

    судьба моя была прекрасной . . .

     

    * * *

    Пока же все, что о войне,

    о жизни под конвоем,

    всегда со мной, всегда во мне

    больным суставом ноет.

     

    * * *

    Будь проклято то время, что детей

    Своих несчастных мордовало

    не только за колючкой лагерей,

    но чистые их души пожирало. . .

     

    * * *

    …да, было это – люди с номерами,

    Но горько поняла я лишь потом,

    Что и до них мы были все рабами.

    Боялся каждый лишнее сказать . . .

     

    * * *

    Смеясь и плача, я всегда жила -

    Хватало оскорбительного зла,

    Но я его всегда смеясь встречала,

    Ведь без улыбки жизнь мне не мила ...

     

    * * *

    ...Какими были молодыми!

    Когда же старыми мы стали?

    Всю жизнь – одно мгновенье

                                                  в дымке -            

    страницами перелистали …

     

    * * *

    ...Седым и стареющим,                 

    нам вспоминать

    уроки сестринства и братства,

    где было законом:

    не брать – отдавать,

    и это считалось богатством.

    Редеем, седеем

    и сходим на нет

    всё чаще, и чаще, и чаще,

    но дружбы нежней и надёжнее нет,

    чем дружба из юности нашей!..

     

    * * *

    ...Давно затверженный урок

    вновь повторяю: всё проходит - 

    века, народы, города.

    И так оно нормально вроде,

    и так привычно и всегда . . .

    В течении ряда лет Руфь заведовала литературной частью  Русского театра драмы имени Лермонтова в Алма-Ате. Приглашала меня на сдачи спектаклей перед премьерой. Эти прогоны и обсуждения обычно проходили живо и интересно. Она была отзывчивым другом. Как-то собираясь в отпуск, я пожаловалась ей на утомительные хлопоты по приобретению путевки в профсоюзный санаторий или Дом отдыха. Руфь тут же предложила оформить мне путевку через Литфонд в Дом творчества писателей как своей родственнице: 

    - Никаких проблем. Стоимость та же, что и в обычный санаторий, но зато публика там интересней.

    Так с ее легкой руки я смогла побывать во многих Домах творчества советских писателей.     

    К писателю Алексею Белянинову я впервые пришла в гости вместе с Аликом. Это было в тот вечер, когда в этом доме пел свои песни приехавший из Москвы писатель и  поэт–бард Александр Галич. Советским государством как поэт он был не признан, а в последствии – гоним. Его концерты устраивались на квартирах у людей, которым доверяли. Дверь нам открыл хозяин. Он дружелюбно посмотрел на меня поверх очков и несколько иронично взглянул на моего спутника. Они были знакомы. Впоследствии Леша нередко называл его по-французски – enfant terrible (ужасный ребенок).

    Мы вошли в комнату. За столом сидел без пиджака, в белой с распахнутым воротом рубашке красивый мужчина с ухоженными усами – Александр Галич. В руках у него была гитара. Перед ним – четвертинка водки, рюмка и тарелка с какой-то закуской. За столом, кроме хозяев – Леши, его жены Софы (актрисы ТЮЗа) и их взрослого сына Славы, всего несколько гостей: писатель Юрий Герт с женой Аней и одна из ведущих актрис нашего театра драмы – Рая. Галич пел до утра. Среди исполняемых песен многие были из жизни заключенных, хотя поющий гость в «местах не столь отдаленных» никогда не был. Просто всю трагедию эпохи он как бы пропустил через себя. Писатель В. Шаламов, прошедший ад сталинских лагерей, назвал Галича «создателем энциклопедии нашей жизни». В своих стихах поэт–бард четко сформулировал свою жизненную позицию:

     

    Я выбираю Свободу, -

    Но не из боя, а в бой,

    Я выбираю свободу

    Быть просто самим собой…

     

    Стихи и песни его ходили по стране в самиздате. Вскоре автора исключили из членов Союза писателей и вынудили эмигрировать. Но все это было потом. А тогда мы вышли от Беляниновых, когда уже рассвело. Ошеломленные впечатлениями прошедшей ночи ожидали первый автобус. Было такое чувство, будто хлебнули глоток Свободы. 

    В дальнейшем Беляниновы стали моими друзьями. Я знала, что Леша раньше дружил с «зеленым змием», но в последние десять лет спиртных напитков не употреблял. Я общалась с ним в трезвый период его жизни. Он руководил отделом прозы журнала «Простор» и боготворил его главного редактора. В те годы журнал пользовался успехом у интеллигенции Страны Советов, и многие инакомыслящие авторы направляли  туда свои сочинения.  Леша давал почитать друзьям поступавшие в журнал и нравившиеся ему, но не разрешенные цензурой к публикации произведения. Так, я прочла в машинописном варианте «Раковый корпус» Александра Солженицина.

    Как все советские люди, Белянинов боялся зоркого глаза и чуткого уха МВД и КГБ. У него в доме я впервые увидела переносной телефон на длинном шнуре. Когда приходили на огонек близкие знакомые, телефон уносили в другую комнату и закрывали подушкой. Мне это показалось странным, и я спросила – зачем это делается? В ответ услышала:  

    - Мадам, вы случайно не из штата Массачусетс? Мой телефон может прослушиваться.

    Потом этот вопрос Леша нередко повторял, когда я, по его мнению, проявляла политическую наивность. Запомнились отдельные Лешины высказывания: «Эпистолярного наследства я не оставлю, ибо пишу лишь тогда, когда знаю, что мне за это заплатят»; «Мне отвратителен великорусский шовинизм, но так же негативно отношусь к проявлению любого национализма. Разные народы должны уважительно относиться друг к другу, ценить и беречь не только свою, но и чужую культуру».

    Последняя наша встреча произошла в их новой московской квартире. Алексей Семенович старался, как всегда, шутить. Но даже внешне было видно, что он тяжело болен. Вскоре Леша ушел навсегда.

    Познакомившись у Беляниновых с Юрой и Аней Гертами, я подружилась и с ними. После публикации журнального варианта Юриного первого романа «Кто если не ты?» его пригласили на работу в журнал «Простор». В дальнейшем он возглавил отдел прозы этого издания. Мое знакомство с Гертом–писателем началось с повести «Лгунья». Я прочла ее на одном дыхании. Казалось, что слушаешь ироничный рассказ автора. Содержание повести, как и первого его романа, правдиво отражало нашу советскую действительность, хотя основные мысли этих произведений были спрятаны в подтексте. В книжном варианте эти произведения вышли в свет лишь спустя много лет.

    Как-то Юра рассказал о встрече и неофициальной беседе в редакции журнала с представителями гастролировавшего в Алма-Ате  московского театра «Современник». Его главный режиссер, народный артист О. Н. Ефремов обратился к Герту:  

    - Слышал, что у вас в столе лежат уже две написанные, но не изданные книги. Что вы собираетесь делать дальше?

    - Писать следующую,- сказал Юра и поинтересовался: - А как поступаете вы, Олег Николаевич, когда после генеральной репетиции по идеологическим мотивам запрещают поставленный спектакль?

    - Ухожу в запой - искренне признался Ефремов.

    Вспоминаю, как по семейным и другим праздникам Герты собирали друзей. Оживленная беседа перемежалась чтением стихов (своих и чужих). Потом появлялась гитара, под аккомпанемент которой все дружно пели. Когда очередь доходила до лагерной песни Юза Алешковского «Товарищ Сталин, вы большой ученый…», закрывалась форточка, а летом окно, дабы не смущать крамолой слух соседей и прохожих, да и себя уберечь. 

    Периодически в доме появлялись новые люди, чем-то Юре и Ане интересные, нередко молодые литераторы, которых Юра опекал. Иногда приглашали гостей для общения с приезжими, духовно близкими людьми.

    Герт обладал умением откликаться на чужую беду и удивительной способностью слушать собеседника. Он был человеком с чувством собственного достоинства. Так называлась одна из его публицистических статей, а эпиграфом к ней было четверостишье Булата Окуджавы:

     

    Чувство собственного достоинства. . .

    Кроме этого, ничего

    Не придумало человечество

    Для спасения своего.

     

    По своей натуре Юра был борцом, нередко бескомпромиссным. За эту черту характера наш общий друг шутя называл его большевиком, хотя членом коммунистической партии Герт никогда не был.

    Начавшаяся в СССР в начале семидесятых годов новая волна антисемитизма меня не коснулась. В Алма-Ате она проходила мягче, чем в больших городах России. Но от Юры я узнала о преследовании по национальному признаку двух алма-атинских ученых–филологов, евреев по национальности. Их обвинили в хранении и распространении «самиздата».  В квартире профессора  Александра Лазаревича  Жовтиса был произведен обыск, после чего он был отстранен от работы. Более трагично сложилась судьба участника Отечественной войны, доцента Ефима Иосифовича Ландау. Его неоднократно допрашивали, обыск шел за обыском. Последний раз увезли на допрос, не дав дочитать лекцию. Он вернулся домой в состоянии нервного потрясения, и когда раздался стук в дверь (как оказалось, стучала соседка), Ландау прыгнул с балкона четвертого этажа и разбился насмерть.

    В своих художественных произведениях и публицистических статьях Герт активно выступал против антисемитизма как «составной и очень существенной части фашизма».    

    В годы, о которых идет речь, было принято писать друзьям и знакомым к государственным праздникам (1 мая, 7 ноября и Новый год) поздравительные открытки. Я тоже каждый раз писала и отправляла в различные города Советского Союза до 40 – 50 поздравлений и столько же получала. В большинстве случаев текст был кратким и стандартным. Люди просто напоминали друг другу, что они есть, помнят о прошлых встречах и желают всего хорошего. О поздравлениях с днем Победы вспомнить не могу, возможно, с первым и девятым маем поздравляли одновременно.

     

     

     

    Женитьба сына

     

    Однажды мой сын Юра, студент второго курса мединститута, накануне своего двадцатилетия обратился ко мне с просьбой:

    - Напиши мне справку, что я заболел и несколько дней посещать занятия в институте не могу.

    Я возмутилась и посоветовала:

    - Если ты действительно плохо себя чувствуешь, вызови врача из поликлиники.

    Когда я вернулась домой после рабочего дня, меня встретил сияющий сын и восторженно сообщил: 

    - Мама, ты не представляешь какая у нас участковая врач!

    На следующий день он побежал в поликлинику. Так начался их роман. Через пару месяцев сын сообщил, что хочет жениться. Привел красавицу невесту. На мое замечание, что он еще очень молод и не имеет жизненного опыта, она ответила:

    - Юрочка хороший!

    Я не возражала. Отец сына к этому времени похоронил жену и жил один. Он пригласил молодых поселиться вместе с ним в трехкомнатной квартире. Однако вскоре он сам тяжело заболел и покинул этот мир. Свадьбу пришлось отложить на год. Отмечали ее дома. Из Баку приехала мама молодой жены – мастер спорта и чемпион Советского Союза по стендовой стрельбе. Почетные звания тещи импонировали моему сыну. Гостей на свадьбе было много – друзья сына и мои, родственники невесты. Как обычно в таких случаях, у соседей дополнительно попросили столы и стулья. Надо отдать должное моим детям - несмотря на всякие сложности, им удалось сохранить семью, воспитать двух сыновей и помогать растить внуков.

     

    Итак, новый глава государства, став приемником Никиты Хрущева, «развенчал его культ» и осудил его деятельность. За первое десятилетие правления Леонида Брежнева каких-либо реформ советского строя не произошло. О сталинских репрессиях не вспоминали. Более того, имела место попытка реабилитировать Сталина. Страной по-прежнему руководила КПСС во главе с новым Генеральным секретарем.  Существенные положительные сдвиги в экономике государства отсутствовали. Введение советских войск в Чехословакию вызвало открытую отрицательную реакцию не только в других странах, но и среди некоторой части интеллигенции  СССР. Позже между Страной Советов и капиталистическими странами была достигнута временная «разрядка». Затем переговоры по ограничению стратегических вооружений были остановлены. В ответ на нарушение прав человека и волну антисемитизма в нашей стране была введена «Поправка Джексона – Веника». Несмотря на преследование инакомыслия и появление карательной психиатрии, в СССР нарастало диссидентское движение. Оно явилось началом освобождения от давления социалистической идеологии. 

    В эти годы я получала удовлетворение от своей  работы. У меня появились дружбы длиною в жизнь. Отдыхала - общаясь с друзьями, на лыжных прогулках, в туристических поездках. Попытка изменить личную жизнь оказалась неудачной. Как и все мои друзья, я не была диссидентом и не боролась с социалистическими основами государства. Механически выполняла положенные атрибуты советского строя. Однако, с интересом читала произведения «самиздата» и «тамиздата», слушала крамольные разговоры интересных людей. Женила сына.




    Категория: Мемуары | Добавил: kb (01.02.2015)
    Просмотров: 969 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Яндекс.Метрика