Поиск

Новые статьи в Архиве КБ

[29.03.2016][Повести и романы]
Улыбка Джоконды Просмотров: 644 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Стихи]
Яна Абдеева. Рожденная летать Просмотров: 1385 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[01.02.2015][Книжные рецензии]
Елена Невердовская. Греки — Скифы — Готы. Сезон первый Просмотров: 1157 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ. Продолжение Просмотров: 1123 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ Просмотров: 1135 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)
[01.02.2015][Мемуары]
Ольга Мельникова, Леон Матус. ТЯРПИ, ЗОСЯ, ЯК ПРИШЛОСЯ! Продолжение Просмотров: 1214 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (5)
[01.02.2015][Интервью]
В «Контакте»: Яна Абдеева Просмотров: 1321 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (0)

Категории раздела

Мемуары [24]
Статьи [40]
Интервью [10]
Эссе [16]
Монографии [0]
Книжные рецензии [15]

Самые читаемые в Архиве КБ

[17.10.2012][Стихи]
Тамара Мадзигон (1940-1982). Стихи Просмотров: 10887 | Рейтинг: 5.0/2 | Комментарии (1)
[15.06.2012][Православная книга]
Марина Мыльникова. Белая ворона. Наталья Сухинина Просмотров: 7622 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[25.01.2014][Статьи]
Яна Абдеева. «Я жизнь должна стихом измерить...». О творчестве Фаризы Онгарсыновой Просмотров: 5680 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (1)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 5261 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[17.10.2012][Мемуары]
Вспоминая Тамару Мадзигон Просмотров: 4423 | Рейтинг: 5.0/1 | Комментарии (1)

Самые рейтинговые в Архиве КБ

[25.05.2012][Статьи]
Геннадий Банников. Смысл звука Просмотров: 3164 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (19)
[22.06.2012][Рассказы]
Борис Стадничук. Лимб. (Петруха и Пастернак) Просмотров: 3502 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (5)
[18.10.2013][Стихи]
Станислав Осадчий. Путь (стихи из романа "Шкипер") Просмотров: 3190 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (0)
[31.05.2012][Шаржи С. Алексеева]
Сергей Алексеев. Шаржи на писателей Просмотров: 5261 | Рейтинг: 5.0/4 | Комментарии (8)
[19.07.2012][Стихи]
Евгений Демидович. А свет ещё горит Просмотров: 2638 | Рейтинг: 5.0/3 | Комментарии (1)

Новые файлы в Архиве КБ

[21.07.2015][2014]
№ 4, 2014 955 | 0 | 55
[19.01.2015][2014]
№ 3, 2014 1300 | 0 | 79
[09.10.2014][2014]
№2, 2014 1408 | 0 | 96
[30.09.2014][2014]
№1, 2014 1388 | 0 | 140
[25.01.2014][2013]
№6, 2013 2044 | 0 | 378

Самые популярные темы форума

  • Монстры в творчестве Пушкина (стихотворение "Пророк") (51)
  • ВСЕМ ПОСЕТИТЕЛЯМ/ФОРУМЧАНАМ. (27)
  • Даун (25)
  • Липовый дождь (22)
  • Я у Ваших ног (21)
  • Опросы

    Какие книги Вы предпочитаете?
    Всего ответов: 116

    В галерее

    Всего материалов

    Публикаций: 659
    Блогов: 535
    Файлов: 77
    Комментариев: 8023
    Новостей: 1074
    В галерее: 193
    Объявлений: 5
    Форумы: 690
    FAQ: 7

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Публицистика журнала » Мемуары

    Тамара Шайкевич-Ильина. МОЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ СОВЕТОВ

     

     

    У каждого свое «Былое и думы».

    Но пусть будет

    моя биография лишь отражением

    многоцветной мозаики,

    характеризующей воздух эпохи.

     

    Морис Симашко («Четвертый Рим», 2000 г.)

    Пятое десятилетие (1965 – 1974 годы)

     

    В Стране Советов

    В эти годы СССР возглавлял Леонид Ильич Брежнев (1906 г./рожд.). В октябре 1964 года он сменил Н.С. Хрущева на посту Первого секретаря партии. Избран на Пленуме ЦК КПСС, где в заключительном слове сказал:  «Хрущев развенчал культ Сталина после его смерти, а мы развенчали культ Хрущева при его жизни». В 1966 году была восстановлена должность Генерального секретаря ЦК КПСС, которую Брежнев занимал до своей кончины (1982 г.). Новый вождь Страны Советов закончил вечерний факультет Днепродзержинского металлургического института. Был участником Великой Отечественной войны – занимал только политические должности в действующей армии. Придя к власти, провозгласил возвращение к ленинским принципам коллективного руководства. Он и его окружение старались не вспоминать Хрущева, но стремились сохранить режим, обеспечивающий им власть и стабильность. О реформах речи не было. Существует мнение, что в эти годы партийный аппарат полностью подчинил себе аппарат государственный. В конце шестидесятых было совершено неудачное покушение на жизнь Л. Брежнева.

    Неприятие Генсеком своего предшественника было настолько велико, что из фильма о Гагарине был изъят кадр, где Хрущев приветствует вернувшегося на Землю первого космонавта мира. По мнению Брежнева доклад его  предшественника на ХХ съезде КПСС перевернул весь идеологический фронт страны. «Мы до сих пор не можем поставить его на ноги. Там говорилось не только о Сталине, сколько была опорочена партия, вся система... И вот уже столько лет мы никак не можем это поправить» (Леонид Млечин, «Новая газета» №44(438), 2013).

    Во времена Леонида Ильича успешно продолжалось освоение космоса, в том числе впервые в мире Алексей Леонов осуществил выход в открытое космическое пространство. В больших городах страны строится метро. Развивается нефтегазовый комплекс. Заканчивается строительство Братской ГЭС (1954 – 1967 годы). Городским жителям страны на работе стали выделять в ближайших окрестностях по шесть соток земли. За счет увеличения продолжительности рабочего дня был выделен второй выходной. Горожане получили возможность и время возделывать эту землю и собирать урожаи. Однако существенных изменений в жизни советских людей не произошло. Значительного роста ни сельского хозяйства, ни всей экономики не отмечено. Периодически возникал дефицит тех или иных товаров. Длинные очереди за ними оставались привычным признаком советской жизни.  Страх и доносительство среди населения несколько уменьшились, но сохранялись. Железный занавес по-прежнему оставался лишь приоткрытым. Страна продолжала под руководством партии и правительства идти к непонятному «светлому будущему».

    В первые годы правления Брежнева возникло дело писателей В. Синявского и Ю. Даниэля, которые под псевдонимами Терц и Аржак опубликовали свои произведения, порочащие советский государственный и общественный строй, за рубежом.  В СССР это считалось преступлением и приравнивалось к измене Родине. Писателей  судили. Они отбывали полученные сроки (7 и 5 лет) в соответствующих лагерях. Наряду с этим открывается Театр на Таганке под руководством Юрия Любимова – самый популярный и по-новому мыслящий.  

    Чуть позже Генсек с соратниками приняли решение ввести войска в Чехословакию. Правительство СССР не устраивал глава этого государства - Первый секретарь Компартии Александр Дубчек. Он пытался соединить социалистическую доктрину с элементами демократического  общества, хотел построить «социализм с человеческим лицом». С помощью советских танков Дубчек был отстранен от  власти.

    В ответ на это, семь граждан Страны Советов вышли в Москве на Красную площадь с лозунгами против ввода наших войск в Чехословакию. Они также заявили об этом на страницах европейских газет.

    На тыщу академиков

                    и  член - корреспондентов,

    На весь образованный культурный

                                                   легион

    Нашлась лишь эта горсточка больных

                                                 интеллигентов

    Вслух высказать, что думает здоровый

                                                    миллион!              

    (Из стихотворения Ю. Кима «У Мосгорсуда», 1968год)

     

    Известный ученый (экономист – рыночник) Евгений Ясин в связи с чехословацкими событиями сообщил: «Раньше мне хотелось внести свой вклад в развитие идей Маркса – Ленина – Сталина. Я всегда искал свое место в жизни, и всегда в расчете на то, что мы что-то реальное сделаем. А в 1968 году я понял, что это для меня конец, - в эту игру я больше играть не могу» («Новая газета», №18 (463), 2014).

    Все участники дерзкой политической акции на Красной площади были репрессированы. Смельчаков назвали диссидентами, то есть инакомыслящими. В шестидесятые годы, в СССР так стали именовать всех не согласных с официальным курсом партии. Диссидентское движение нарастало. Его участники боролись за улучшение существующей системы, за социализм с человеческим лицом, за демократический процесс.

    Журнал «Новый Мир» во главе с Александром Твардовским (назначен еще при Хрущеве) знакомил читателей с произведениями авторов, чьи взгляды отличались от общепринятых: Виктора Астафьева, Григория Бакланова, Василя Быкова, Александра Солженицина, Юрия Трифонова и других. Государство в свою очередь постепенно усиливало меры по борьбе с инакомыслием. Так,  через девять лет после назначения А. Твардовский снимается с поста главного редактора «Нового мира».

    В начале семидесятых годов состоялся суд  над правозащитниками Петром Якиром и Виктором Красиным. Их деятельность связывали  «с возросшей агрессией империализма, в том числе с его идеологическими диверсиями». Оба обвиняемых осуждались «за осуществление подрывной пропаганды против СССР, финансируемой из-за рубежа». На показательном процессе они  признали себя виновными и публично покаялись. В результате правозащитному движению был нанесен тяжелый удар, а жизнь подсудимых сломлена. Якир вскоре спился и умер, а живой Красин признавался: «Мука адова – вспоминать все это. Я заплатил сорока годами одиночества».

    Когда в 1971 году ушел из жизни предыдущий Первый секретарь ЦК КПСС - пенсионер Н.С. Хрущев, то хоронили его почти тайно. По распоряжению Л.И. Брежнева на Новодевичьем кладбище был объявлен санитарный день, и для широкого посещения оно было закрыто. Вместо достойного некролога было опубликовано лишь короткое сообщение о смерти вчерашнего руководителя страны в газете «Правда».     

    На попытку Л.И. Брежнева реабилитировать И.В. Сталина двадцать пять деятелей культуры и науки выступили против этого с открытым письмом. Среди них был и известный академик Андрей Сахаров, ставший в дальнейшем правозащитником. В стране появились и политические диссиденты. В частности, инакомыслящим стал генерал советской армии и профессор Академии Генерального штаба - П. Г. Григоренко. Он считал, что общество должно гарантировать себя от повторения сталинских репрессий, активно занимался правозащитным деятельностью, поддерживал национальное движение крымских татар и осудил вторжение советских войск в Чехословакию. По отношению к диссидентам  повысилась роль карательной психиатрии – тех, кто мыслил иначе, чем предлагалось государством, объявляли психически больными. С диагнозом вялотекущая шизофрения их помещали в психиатрические больницы. Такая участь постигла и советского генерала Петра Григоренко, который пробыл в психиатрических тюрьмах почти шесть лет (Раиса Орлова и Лев Копелев, «Мы жили в Москве», М. 1990 год).

    Через какое-то время после упомянутых событий произошло частичное примирение СССР и капиталистических стран, названное разрядкой. Она наступила благодаря конкретным договоренностям. Одной из них был договор о нераспространении ядерного оружия. Брежнев  получил Ленинскую премию за укрепление мира между народами. Однако вскоре переговоры по ограничению стратегических вооружений были остановлены, а режим наибольшего благоприятствования в торговле между СССР и США был упразднен. Поправка Джексона – Веника (1974 г.) стала символом окончания разрядки.

    Основной причиной этой поправки послужило нарушение прав человека, а также   новая волна антисемитизма в СССР. «Евреев не пускали в Израиль, да и вообще куда-нибудь, но в то же время их обвиняли во всех смертных грехах. В этом была своя логика – «пипл» получал образ врага» (М. Симашко, «Четвертый Рим», 2000 г.). Со временем многие евреи все-таки уехали. Участились и случаи невозвращения советских граждан из зарубежных поездок. Чаще других оставались писатели и знаменитые артисты. Среди эмигрантов поневоле самым известным был Александр Солженицин. 

    В начале семидесятых годов принимается Постановление по усилению борьбы с пьянством и алкоголизмом

    Народ становился чуть более активным. С распространением «самиздата» (машинописных текстов) и «тамиздата» (зарубежных изданий) советская интеллигенция получала доступ к запрещенным ранее литературным произведениям. В конце рассматриваемого десятилетия в Париже выходит первый номер журнала «Континент», основанного Владимиром Максимовым «как орган свободной русской мысли Российского и Общеевропейского антикоммунистического движения».  В редколлегию журнала входил и был его автором академик Андрей Сахаров, а также советские писатели–эмигранты Александр Солженицин, Иосиф Бродский, Виктор Некрасов, Наум Коржавин и другие.

     

     

     

    Моя жизнь

     

    Жизнь обычная, советская.

    Помощь сельскому хозяйству.

    Агитатор во время выборов.

    Случайная встреча с Генсеком.

    Памятник на могиле Хрущева.

     

    Разведясь с мужем и став доцентом, я с удовольствием выполняла свою работу: консультировала больных, читала лекции и проводила семинары с врачами. Они приезжали на  повышение квалификации со всей страны, так как институт, где я работала, подчинялся Минздраву СССР. В этот период я разрабатывала  небольшие научные темы и писала статьи, публиковавшиеся в журналах и сборниках. Помогала делать кандидатские диссертации другим. Как-то меня пригласили в Минздрав и сообщили, что на их адрес пришло письмо из Чехословакии. Его автор интересовался моей научной работой, результаты которой были опубликованы в одном из московских журналов. При этом мне сказали: прочтите, но отвечать не рекомендуется. Мне было приятно, что ученый из другой страны заинтересовался моим исследованием и задавал профессиональные вопросы. Но я была напуганным и послушным государству человеком. Письмо осталось без ответа.

    В этот период я много ездила по стране на различные съезды и конференции, выступала с докладами. Периодически проходила в Москве курсы усовершенствования преподавателей. В приказах о моих командировках обычно значилось – «за свой счет, с сохранением содержания». Воспитывала сына. Посещала премьерные спектакли в театрах города и привозимые гастролерами, а также новые кинофильмы. Бывая в Москве, обязательно ходила в Театр на Таганке. Так как в кассе перед спектаклем билетов обычно не было, спрашивала «лишний» у приходящих зрителей. Во время отпуска старалась побывать в санатории и путешествовать. В моем доме появилась Соня – милый, добрый, отзывчивый человек. Она не только вела дом, но и была мне подружкой. Поэтому общепринятое тогда слово «домработница» как-то к ней не подходило.

    Однажды в жизни профсоюзная организация предложила мне льготную (тридцать процентов от стоимости) горящую путевку в санаторий на Кавказе. Наступало время летних каникул, и обучавшиеся на кафедре врачи уже разъехались по домам. Однако срок начала путевки наступал на несколько дней  раньше моего отпуска. Я обратилась в отдел кадров с просьбой соответственно передвинуть его дату. Вылетать в Адлер нужно было срочно. Но мне отказали, сказав, что приказ уже подписан, и из-за одного человека переделывать его не будут. Заведующий кафедрой меня успокоил: 

    - Конечно, поезжайте! Выйдете на работу после отпуска  несколькими днями раньше. Все будет в порядке.

    И я улетела.  Включившись в санаторный режим, стала загорать и купаться в море. Вскоре пришло сообщение, что на следующий день после моего отъезда кафедру посетила комиссия во главе с деканом и обнаружила мое отсутствие на работе. Приказом ректора института мне был вынесен выговор «за самовольный уход в отпуск», который прорабатывался на всех кафедрах. Я все время думала, чем закончится эта история. Отдых был испорчен. После возвращения в Алма-Ату в коридоре института увидела карикатуру в стенной газете, где я изображалась в виде птички летящей к морю, а мой непосредственный начальник – сладко спящим на диване. Зашла к ректору, уважаемому мной человеку. Объяснила всю ситуацию и несправедливость приказа. В ответ услышала: 

    - Наш институт не так давно открылся. Коллектив в основном молодой. Я наказал вас, чтобы напомнить другим преподавателям, что нельзя нарушать трудовую дисциплину. Работайте спокойно.

    В связи с этой историей, хочу остановиться на роли профсоюза в  моей жизни. Я была его членом и платила членские взносы со студенческих лет. Профкомы состояли из сотрудников той или иной организации. Насколько помню, они поддерживали администрацию во всех ее деяниях, а также в конфликтах с работниками и в осуждении в чем-то провинившихся сотрудников. Случаев активной защиты профсоюзом трудящихся вспомнить не могу. Кроме права на предоставление льготных путевок в санатории, руководители профкомов подписывали характеристики на преподавателей, собирающихся в туристические поездки за границу. В обязанности профкома входила также оплата больничных листов сотрудников. Когда в стране возникали трудности с приобретением продуктов и предметов первой необходимости, они выдавали талоны на покупку их в магазинах. Я пользовалась всеми перечисленными услугами.  В дальнейшем появились талоны на покупку ковров и легковых автомобилей советского производства. Записавшись в очередь на получение этих талонов, я так и не дождалась их.

    С приходом к власти Л. И. Брежнева, дефицит тех или иных продуктов и промышленных товаров в стране не исчез. Вспоминаю, как во время туристической поездки мы, подъехав к городу Горькому (Нижнему Новгороду) удивились, увидев на шоссе хвост медленно двигавшейся очереди. Проехали на автобусе еще несколько минут, а очередь все продолжалась. Кто-то из туристов поинтересовался:

    - За чем стоите?

    - За яйцами, - услышали в ответ.

    Несколько минут спустя, мы, наконец, доехали до места торговли.

    Дефицитные продукты и товары, как говорили в те времена, «выбрасывали» в конце месяца для выполнения плана по продажам. Лучше всех снабжалась Москва. Жители ее пригородов ездили в столицу за продуктами. По этому поводу существовал анекдот-загадка: «Длинное, зеленое, пахнет колбасой!» Угадай что это? Ответ: «электричка, выехавшая из Москвы в ее пригороды».

    О строительстве Братской ГЭС вспоминаю не только благодаря одноименной поэме Евгения Евтушенко. До сей поры не могу забыть и четверостишье поэта Владимира Лазарева:

    Ах ты романтика,

    Ах ты Братская ГЭС!

    Уехала с бантиком,

    Приехала без...

     

    На коммунистическую стройку со всей страны отправлялись комсомольцы – добровольцы. 

    В сельской местности почему-то не хватало рабочих рук. Преподавателей института, где я работала, вместе с обучающимися врачами периодически посылали (на один день) в прилежащие колхозы и совхозы то на прополку, то на уборку урожая. По этому поводу у поэта-барда Владимира Высоцкого была даже песенка:

     

    Товарищи ученые! Доценты с кандидатами!

    Замучались вы с иксами, запутались в нулях.

    Сидите, разлагаете молекулы на атомы,

    Забыв, что разлагается картофель на полях!..

     

    Не знаю, была ли польза от наших выездов, но от меня лично – никакой! Будучи городским жителем, даже после короткого инструктажа я, например, не всегда могла отличить сорняк от культуры, которую мы пропалывали. Когда сотрудникам института выделяли в пользование заветные шесть соток в пригороде, я от земельного участка отказалась.

    Согласно конституции СССР, периодически наступало время выборов в Верховный Совет страны или республики. Часть сотрудников всех учреждений, в том числе и нашего института, становилась агитаторами. Перед выборами, чаще в помещении школ, создавались «Агитпункты».

    Составлялись списки избирателей.  Агитаторы обходили закрепленные за ними квартиры домов, рассказывали о кандидате в депутаты. Так как он был единственным, и выбирать было не из кого, основная задача агитатора сводилась к максимальной явке избирателей. Мы проверяли правильность их списков, узнавали, кто может отсутствовать в день выборов. Когда этот день наступал, агитаторы с утра находились на избирательном участке до тех пор, пока закрепленные за ними люди не проголосуют. Явка обычно составляла около ста процентов. Ходили слухи, что иногда эту цифру выставляли и без подсчета голосов.

    Конечно, жаль было тратить на это мероприятие воскресный день, но я привыкла к существованию у советских людей «общественных нагрузок» и делала все, что положено, не задумываясь. А вот появившийся на кафедре прибывший из Москвы после защиты диссертации молодой ассистент (мы называли его Шуриком) думал иначе. Когда его включили в число агитаторов, он от этой деятельности отказался. Пригласившему его на беседу парторгу института объяснил, что не может убеждать других в том, в чем сам не уверен. В ответ на слова возмущенного партийного руководителя сообщил:

    - А я состою на учете в психиатрическом диспансере.

    При проверке это оказалось правдой. Вскоре Шурик прошел по конкурсу на работу в другом городе и покинул Казахстан.

    Однажды при моем возвращении домой со съезда врачей в Ташкенте из-за нелетной погоды в аэропорту скопилось много народа. Вдруг люди побежали из аэровокзала в сторону летного поля. Я тоже подошла к ограде и увидела, как к большому самолету, который стоял рядом и готовился к взлету, подъехало несколько черных автомобилей. Кто-то в толпе крикнул:   

    - Смотрите, Брежнев!

    Прежде чем сесть в самолет, он вместе с сопровождающими подошел к ограде. Генеральный секретарь ЦК КПСС (главный человек в Стране Советов) обратился к народу, то есть к нам:

    - Завидуете мне, что улетаю? Я вас понимаю. Но обещают хорошую погоду, и товарищ Рашидов в ближайшее время всех отправит.    

    Он обернулся к стоявшему рядом с ним первому секретарю ЦК КП Узбекистана. Тот улыбнулся и кивнул головой. В толпе пассажиров раздались аплодисменты. Так я раз в жизни видела близко главу своего государства и почти общалась с ним.           

    О смерти Н. С. Хрущева я узнала, находясь в Крыму, в Доме творчества писателей в Коктебеле. В это время там отдыхал известный поэт Евгений Евтушенко. Он был в опале у бывшего руководителя Страны Советов, но на следующий день после траурного известия вылетел в Москву на похороны. Люди, с которыми я общалась, определили это как высокоморальный посту- пок. Потом я узнала, что памятник на могилу Хрущева, как это ни парадоксально, его родные заказали также опальному у вождя скульптору Эрнсту Неизвестному. Через пару лет, посетив Новодевичье кладбище,  увидела этот необычный памятник – небольшая конструкция из белых и черных мраморных плит. На одной из них помещалась круглая голова бывшего Генсека, сделанная из белого мрамора (???). Женщина, убиравшая в это время могилу, стала пояснять: черные и белые плиты отражают неоднозначность деяний Никиты Сергеевича - наряду с хорошими, встречались и плохие.

     

    Личная жизнь

    На жизненном пути мне не дано было почувствовать себя слабой. Почти все возникающие проблемы я должна была решать и осуществлять сама. При этом нередко напевала: «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Мне нравились творческие люди, с которыми было интересно. К сожалению, многие из них злоупотребляли алкоголем. Разойдясь с мужем, я почувствовала свою невостребованность, одиночество. Через несколько лет в моей жизни появился Алик - приехавший из Москвы молодой кинорежиссер приятной внешности. Он покорил меня образованностью и чувством юмора. Вскоре Алик переехал ко мне, и мы прожили вместе около двух лет. Вначале богемная жизнь мне даже нравилась. Кто-то из режиссеров получал гонорар за снятый фильм и вел киношную компанию в ресторан. Затем все переходили в другое злачное место. К вечеру несколько поредевшая компания вместе с Аликом появлялась в моем доме. Нередко в ней встречались интересные люди – Шакен Айманов, Марк  Донской, Владимир Фейнберг и другие. А уж скучно никогда не бывало.

    Мой сын принял Алика и изменения в нашей жизни. Однако пьянство и безответственность нового члена семьи способствовали конфликтам и в результате привели к разрыву. Однажды он не появлялся дома нескольких дней. За это время я окончательно решила, что настала пора расставания. Сложила его имущество в чемодан. Алик пришел неожиданно, еле держась на ногах, в сопровождении хорошо выпивших приятелей. Мы с подругой, навестившей меня, обедали. На столе стоял несколько подтаявший холодец из курицы. Подойдя к столу, Алик взял его рукой и отправил жидковатую массу в рот. Очевидно, он был голоден. Я взглянула на подругу. Лицо ее выражало  удивление и ужас. Прощание было недолгим. Захватив чемодан, Алик покинул мой дом, а вскоре и Казахстан.

    Я стала получать от него жалобные письма из Новосибирска – замерзаю, не могу приобрести сигареты, к которым привык. Женское сердце не камень, и я посылала то теплые сапоги, то блоки сигарет. Вскоре он переехал в  Минск, а спустя какое-то время прибыл в Алма-Ату в командировку. Остановился у меня. Встретились мы тепло. Он был элегантен и трезв. Своим видом как бы свидетельствовал:  

    - Твои предсказания не сбылись, и я не умер пьяным под забором. 

    Однако я понимала, что он не может стать мне опорой в жизни. Да и Алик не настаивал. Мы снова расстались, теперь уже навсегда.

     

    Партия – наш рулевой,

    но ее идеологическое

    давление уменьшилось

    В брежневские времена идеологический пресс государства несколько ослабел. Люди делали и произносили то, что требовала партия КПСС, но прежняя вера в возможность построения мифической страны, населенной безгрешными людьми, постепенно угасала. Однажды сын, ученик шестого класса, вернувшись из школы, спросил меня:

    - Рассказать тебе анекдот?

    - Расскажи, - ответила я.

    - Какой гололед! – воскликнул Александр Матросов и упал на амбразуру пулемета.

    Услышав это, я растерялась. Для моих сверстников Матросов был героем Великой Отечественной войны, который, спасая товарищей, закрыл своим телом пулемет. Возможно, он был придуманным героем, но  мы верили в его подвиг, чего нельзя было сказать о ровесниках сына.

    Партийное бюро и дирекция института, где я работала, требовали от сотрудников кроме  ежегодного составления плана работы кафедр четко сформулированных социалистических обязательств. Как-то одна из сотрудниц спросила нашего заведующего:

    - Ведь в плане работы все просчитано и написано. Что еще нужно?

    - Пишите как я: «Обязуюсь в наступающем году овладеть всеми современными достижениями науки и техники», - ответил вполне серьезно  профессор.  

    Еженедельно на кафедрах проводились политинформации, а один раз в месяц – общеинститутские философские семинары. В эти годы к ним относились формально. Вспоминаю один из таких семинаров. Доцент, делавший доклад,  уронил на пол свои черновые наброски. Подобрав их, не мог разобраться, на чем остановился. Своими словами изложить ничего не мог, так как, готовясь к семинару, как и все мы, не вникал в суть проблемы. Увидев замешательство докладчика, одна из участниц семинара помогла:

    - Ваня, читай все подряд. Мы разберемся.

    Преподаватели курса марксизма–ленинизма иногда посещали лекции на других, в частности клинических кафедрах и проверяли, увязывают ли лекторы излагаемую тему с решениями недавно прошедшего съезда КПСС или пленума ЦК партии. Я воспринимала эти визиты как неизбежную действительность и в присутствии  проверяющих, излагая лекционный материал, как-то связывала его с этими самыми решениями. В те времена даже научные статьи должны были начинаться с указания о связи исследования с призывами партии. Иначе они не принимались к публикации. Я, как и  другие авторы вписывалась в советский шаблон.   

    Руководящая партия страны интересовалась и личной жизнью сотрудников. На одной из кафедр между двумя доцентами (женщина была моей приятельницей) возникли романтические отношения. Тоня к этому времени уже состояла в разводе с мужем и воспитывала дочь. Гена (член КПСС) был женат, имел двух детей, но готов был оставить семью и начать новую жизнь. Кто-то, узнав об этом романе, нашел нужным сообщить  об угрозе распада семьи коммуниста в партийное бюро института. Вызвали жену Гены и предложили написать соответствующее заявление. Партия во всем разберется! Она согласилась. А после этого пошло-поехало. Гену сначала пригласили на заседание партийного бюро и убеждали, что коммунист не должен разрушать советскую семью, иначе его исключат из партии. Потом состоялось закрытое партийное собрание, где обсуждался этот же вопрос. Выступавшие члены КПСС всячески осуждали неверного коммуниста. После собрания ректор пригласил его к себе в кабинет и сказал:

    - Ну и любил бы свою Антонину, но семью зачем же оставлять!

    Из партии Гену все-таки исключили. Но любовь победила. Он с Тоней уехал в Россию. Спустя десятилетие они навестили Алма-Ату. Их совместная жизнь состоялась и, по словам Тони, была счастливой.     

    Партия контролировала и «моральный облик», приезжающих на обучение врачей. В те времена циклы специализации и усовершенствования обычно составляли от двух до пяти месяцев. Врачи прибывали, оставляя на это время семью, из разных концов страны, и всякое случалось. Партийное бюро периодически организовывало из преподавателей кафедр комиссии по проверке жизни врачей в общежитии. Они отправлялись туда в учебное время, и помимо знакомства с условиями проживания, интересовались у вахтера, от каких комнат не сданы ключи. То есть, кто из курсантов не пошел на занятия. Затем стучали в соответствующие двери, пока те не открывались. Заставая влюбленные пары, сообщали об этом по месту работы врачей. Некоторые семьи были таким образом разрушены. Один из профессоров назвал партийные проверки общежития рейдами по чужим кроватям.

    Посещение открытых партийных собраний было обязательным и для беспартийных сотрудников. Однажды на таком заседании я сидела рядом с профессором–коммунистом. Почему-то испортился микрофон, но никто на это не реагировал. Я спросила соседа:

    - Почему не исправят микрофон, ведь ничего не слышно?

    - А тебе это надо? – удивился член партии.

    В эти годы призывы КПСС не имели прямого отношения к нашей жизни. Они существовали как бы сами по себе, а жизнь протекала независимо от них.

    О некотором снижении чувства страха свидетельствуют и услышанные в  то время ироничные в отношении государства и партии песенки и четверостишья. Привожу те, что сохранила память (авторов не знаю):

     

    ***

    …Зато мы делаем ракеты,

    Перекрываем Енисей,

    И даже в области балета

    Мы впереди планеты всей!

     

    ***

    Прошла зима,

    Настало лето.

    Спасибо партии

    За это.

     

    ***

    Спутник по небу летит,

    Впереди фонарь горит,

    Прославляет до небес

    Мать твою – КПСС!

     

    ***

    Это молот, это серп,

    Это наш советский герб.

    Хочешь - жни, а хочешь - куй,

    Все равно получишь х..!

     

     

    Продолжение следует

    Фото - из личного архива автора

     




    Категория: Мемуары | Добавил: kb (01.02.2015)
    Просмотров: 1136 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Яндекс.Метрика