[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Литературные блоги » Владимир Кузин » Незваный гость
Незваный гость
bukwaДата: Воскресенье, 16.02.2014, 16:50 | Сообщение # 1
Группа: Проверенные
Сообщений: 27
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Звонок был
настолько неожиданным, что все четверо, как один, вздрогнули.
     - Наверное, опять
соседка за дрожжами, - Наталья, хозяйка квартиры, пошла открывать дверь. А
Славик предложил:
     - Ну, поскольку
тост уже сказан, поехали…
     Чокнувшись
бокалами, они выпили и потянулись к тарелке с блинами.
     - Ребята, вы не
поверите своим глазам, - сказала вошедшая в комнату Наталья в сопровождении
молодого человека, одетого в серый костюм с галстуком и держащего в руках
солидный букет цветов и пакет. – Узнаёте?
     - Провалиться мне
на этом месте, - прищурившись, промолвил Гена. – Если не ошибаюсь… - Он
замялся.
     - Не ошибаешься,
физорг, - гость отдал цветы хозяйке и, вынув из пакета бутылку “Шампанского”,
принялся её откупоривать.
     - Ну, чего
уставились? Неужели Стасик так изменился? – Наталья наполнила вазу водой и
поставила в неё букет.
     Гена ударил себя
ладонью по лбу:
     - Наконец-то… А я
чуть мозги себе сломал. Вижу, лицо знакомое, а вспомнить не могу… Давай к столу.
     “Шампанское” вспенилось в бокалах.
     - Другое дело, -
сказал Стас, - а то лакаете бормотуху…
     - “Портвешок“,
как и положено малоимущим, - парировал Гена.
     - Костюмчик на
тебе не от “Версаче“? – не скрывая своего восхищения, проговорила молодая
женщина в экстравагантном платье, похожем на цыганское.
     - Ты, Варька, всё
такая же, - заметил гость. – Любишь оценивать…
     - Хлебом её не
корми, - поправив очки, высказался худенький паренёк в потёртом вилеветовом
пиджаке.
     - А ты, Славик,
по-прежнему, как спичка, - улыбнулся Стас, - наверное, как и раньше, много
занимаешься... Я, честно говоря, и предположить не мог, что ты учитель
начальных классов; думал, уже профессор…
     - Кислых щей… -
усмехнулся тот, кивнув головой.
     Присутствующие
заулыбались.
     - Что ж так? –
исподлобья взглянул на него Стас.
     - А не научился
лизать начальству задницу, - резко ответил тот.
     - Зря, - уверенно
сказал гость. – Без этого сейчас нельзя.
     Он вынул из
пакета коробку конфет и, открыв её, поставил на стол:
     - К чаю…
     - Птичье молоко!
– взвизгнула Варвара. – Я уже забыла их вкус.
     Стас первым взял
конфету:
     - Оно и понятно:
на полторы тысячи особо не разгуляешься…
     Варвара удивлённо
на него взглянула, а слегка захмелевший Славик усмехнулся:
     - Ты не
фээсбэшник?
     - Э-э, протянул
Стас, - власть – а значит, и информация – сейчас не у них, а у кого это… - он
почесал пальцы друг о дружку.
     - Бабки?.. Ясно.
     - А у тебя их
много? – блеснула глазами Варвара. – А как в личном плане? Жена, дети?..
     - Уже имеешь
виды? – Стас мельком на неё взглянул.
     - Я девушка
свободная, - она потянулась к торту. – И поверь, ещё в соку…
     - Ну хватит,
Варька, - Наталья поставила бокал на стол. - Слушать тошно.
     - Почему, -
снисходительно улыбнулся Стас, - она говорит о вещах естественных.
     - О жеребячьих… -
Наталья отошла к окну.
     - Ты, комсорг,
неисправима, - Стас слегка зарумянился. – Видно, жизнь тебя ничему не научила.
     - Жизнь всегда
чему-то учит… - допив содержимое своего бокала, ответил Вячеслав.
     - К сожалению, -
вздохнул Стас, - не все из этой науки делают верные выводы…
     - Ты, видать,
сделал, - парировала Наталья.
     - Обязательно,
как и положено “homo sapiens”.
И точкой отсчёта в этом моём обучении я безусловно считаю ту незабываемую дату,
в память о которой вы ежегодно собираетесь в этой коморке, - день рождения
команды “Н“.
     - Ещё помнишь? –
усмехнулся Славик.
     - Кстати,
“учебный сектор“, - обратился к нему Стас, - кажется, именно ты и предложил
назвать ваш отряд “Неотложкой“… За вас, братаны, - он поднял бокал, - за ваше
правое дело!
     Выпил, поморщился
и сунул в рот очередную конфету.
     - Кроме шуток, вы
это здорово тогда придумали – отыскивать одиноких стариков и малоимущих, варить
им кашку, чистить за ними унитазы и бегать в аптеку за валидолом. Помнится,
даже в “Комсомолке“ о вас написали. Название статейки было уж очень громкое. Не
забыли?  “Тимуровцы восьмидесятых“…
Красота!
     - Насколько я
понимаю своими неучёными мозгами, ты иронизируешь, - Гена взял бутылку
“Шампанского”, повертел её в руках и поставил на прежнее место.
     - Ну что ты,
физорг, - жуя конфету, Стас облокотился о спинку стула, - с удовольствием
вспоминаю те дни, особенно когда вы сцапали меня… - он повёл рукой, изображая
ловлю, и сжал кулак, - как стая котов ма-аленькую мышку. И прямо с поличным!
     - Если мне не
изменяет память, с банкой варенья, - сказал Славик.
     - Мне тогда
ужасно захотелось сладенького… - Стас сделал младенческое выражение лица. – До
умопомрачения!.. Всегда, перечитывая Гайдара, завидовал “Плохишу“, коему
всучили “бочку варенья и корзину печенья”. Представлял: сидит этакий карапуз с
солидным брюшком и мажет… мажет…
то-олстый слой клубничного варенья на сдобное печенье с
кремом… М-м! – Он зажмурился. - У меня даже слюнки текли, как у собаки Павлова…
     - Ну, с тех пор,
- хрустнув пальцами, проговорил Геннадий, - ты, наверное, свою самую заветную
мечту осуществил.
     - Почти, - Стас
вытер платком губы. – Не хватает, - он кашлянул в ладонь, - одного небольшого
штришка. А именно… как бы это поумнее сказать… жаль, котелок мой варит не так
круто, как у нашего “учебного сектора”, - он кивнул на Славика. – Не хватает
осознания того, что, поглощая эту корзину печенья и бочку варенья, я делаю не
какую-то гнусность, о чём мне постоянно талдычили в школе – в том числе и здесь
сидящие, – а совершаю нормальный акт, свойственный человеческой природе…
     - Ого! – Славик
скривил губы в усмешке. – Ты определённо делаешь успехи в формулировке своих
мыслей. Учитывая твою школьную “успеваемость”.
     - Ну, с тех пор
много воды утекло… Хотя довольно лестно слышать это именно от тебя, - Стас
сделал серьёзное выражение лица, - учитывая и твою “успеваемость”… А по
существу?
     - По существу
ничего нового не скажу…
     - Что, после
школы никакого прогресса?
     - Зато у тебя, -
подошла к столу Наталья, - прогресс налицо. Щёчки-то прямо лоснятся…
     - Насчёт лоска,
это ты зря, - махнул рукой Стас, - он совсем не здесь…
     - На Канарах?
     - Зачем так
далеко… В Подмосковье, Питере… Кое-что в Европе… Куда мне больше? Но дело не в
этом. Сами же иронизируете, а меня в этом упрекаете. Давайте уж как положено
интеллигентным людям – без личных оскорблений, только о фактах…
     - Прямо как в
милиции, - усмехнулась Варвара.
     - Бывала там?
     - Только однажды
и больше не хочу…
     - А я не раз…
     - Не сомневаюсь,
- ответила Наталья. – Такими экземплярами органы интересуются в первую очередь.
К сожалению, на сегодняшний день не так серьёзно, как хотелось бы…
     - А вот здесь,
комсорг, ты ошиблась… Не они мной, а я ими интересовался. Они у меня все тут, -
он потряс кулаком, - с потрохами. Откуда бы я узнал о каждом из присутствующих
почти все подробности – в том числе и о ваших ежегодных сходках в этот
знаменательный для вас день… Кстати, сколько прошло после первого собрания? Лет
четырнадцать?.. или больше?.. Помните, как у вас тогда горели глаза? Это по
поводу скончавшейся старушки, которую соседи обнаружили, когда на лестничной площадке
уже засмердило. “Пожилые люди умирают в одиночестве и беспомощности, - кричали
вы, - оставленные нерадивыми родственниками! Неужели нам не стыдно?!” Ну, и так
далее… Столько было выступающих! В том числе и ты, Варька. А в конце своей
пламенной речи, помнится, ты выложила свои гроши – на гробик для умершей
бабули. Половина собрания аж прослезилась!
     - Сорок семь
копеек, - кивнула она, вспоминая.
     - Не жалко было?
Тем более, покойнице было до лампочки, где лежать.
     Та махнула рукой.
     - А Генка, -
продолжил Стас, - починил тогда покосившуюся дверь старухиной квартиры. В
которую после въехала её племянница с хахалем, не сказав своему юному
благодетелю даже спасибо.
     - Ну и что?
     - Ничего… - Стас
усмехнулся… - А сколько потом было вскопанных грядок, посаженной картошки,
натасканных вёдер воды. Престарелой бабе Шуре, - он стал загибать на руке
пальцы, - парализованному Александру Пахомовичу, многодетной Ирине Сергеевне…
Ну и так далее…  Я всё прикидывал, когда
у меня заноет спина.
     - Много ли ты вскопал грядок и натаскал воды?
– посмотрел на него Славик. – Всё отлёживался, на чердаке или в сарае… А
бывало, и дома на диванчике…
     - Вот именно, -
подтвердила Наталья. – То у него “изжога”, то “насморк”.
     - Каждый человек
имеет право защищаться любыми доступными ему средствами, - поднял голову Стас.
     - Да нужен ты нам
был, - отозвался Гена, - как собаке пятая нога. И без тебя нормально
управлялись.
     - Нужен, физорг,
ох, как нужен, - Стас хлопнул его по плечу. – Иначе на ваше судилище вы не вели
бы меня под конвоем!
     - Извини,
дорогой, - подалась вперёд Наталья, - Но если ты за эти годы ничего не понял,
то объясню: тебя никто не упрекал за нежелание помочь людям. Но красть у них
никому не позволено.
     - И ты извини, дорогая,
- Стас сделал ударение на последнем слове. – Я тоже не упрекаю вас в тогдашнем
насилии по отношению ко мне. И не только в смысле “конвоя”. Не смейся. В честь
чего я  обязан был тратить свои
драгоценные здоровье и время на участие в ваших мероприятиях, если у меня к
тому не было никакого желания, если я имел совершенно иные планы на жизнь? И не
надо мне компостировать мозги насчёт “добровольности”, - он махнул в сторону
Натальи рукой. – Попробуй откажись без уважительной причины взять в руки лопату,
вмиг станешь в родной школе изгоем. И такую характеристику получишь, что после
вовек не отмоешься. Но главное, вам нужна была “галочка” об успехах – как в
количестве вскопанных грядок, так и в выявлении разного рода “отщепенцев” и
“антисоветчиков”, - чтобы стать “впереди планеты всей”, чтоб вас заметили
наверху. И я со старухиным вареньем оказался для этой цели как нельзя кстати. А
уж потом вы мне и мои “прогулы” припомнили – чтобы я, так сказать, дотянул до
морального облика “плохиша”. Однако за это я на вас не в обиде, честное слово.
В конце концов, сам виноват: надо быть хитрее и изворотливее. В этом смысле я
вам даже глубоко признателен за науку, которая мне в дальнейшем ох как
пригодилась... Повторяю: дело не в этом. А в том, что вы все, как один, пригвоздили
меня тогда унизительной ложью – что мой поступок, мол, противоречит… ну,
вспоминайте, это же было и, наверное, по сей день остаётся вашим коньком… Что
мой поступок противоречит самой природе человека! Что я просто… как бы сказать…
недоразвит… неполноценен… А все вокруг абсолютно нормальны… Вам, конечно, было
глубоко наплевать, что я тогда до самого окончания школы сгорал со стыда… если
помните, на том собрании присутствовала молоденькая корреспондентша, и потому
вскоре почти во всей местной периодике на меня появилась карикатура, подобная
той, что была в вашей стенгазете, - в виде обезьяны с моим лицом, прижимающей к
груди банку варенья… после чего все - и знакомые, и соседи – на меня пальцами
показывали и ржали надо мной, как лошади!.. Ну что ж, этим вы лишний раз мне
тогда доказали непреложную истину: сильный пожирает слабого не только в дикой
природе… причём без жалости и снисхождения… И главное, я тогда обиделся не
столько на образ макаки, коим вы меня наградили. Может, это вам покажется
странным, но уже на вашем судилище – стоя, по сути, перед всей школой и вашим
комсомольским президиумом, - он обвёл присутствующих взглядом, - я прекрасно
понимал, что вы правы. Целиком и полностью! Вот только убили вы меня тогда тем,
что обезьяной, по вашему мнению, оказался я один! Хотя уже все вокруг понимали,
что всё происходящее в тот день в актовом зале – шоу до мозга костей! Впрочем,
теперь мне его мотив предельно ясен: рядом с макакой легче друг другу казаться
людьми…
     - Положим, с
карикатурой мы тогда переборщили, - снова хрустнул пальцами Геннадий. – Однако,
Стасик, это ничего не меняет. Не надо, например, меня равнять с тобой. Помню, у
той же бабы Шуры на столе всегда стояло блюдечко с гречичным мёдом; и мне,
пацану, порой очень хотелось зачерпнуть из него ложечкой. Но я всегда считал
воровство самым постыдным делом. И суть не только в прошлом. Те “златые горы”,
кои ты, по твоим словам, имеешь сейчас, честным трудом не нажить…
     - Я смотрю,
братан (если уж перейти на твой лексикон), - обратился к гостю Славик, - ты
явился сюда, чтобы перед нами выпендриться. Но поверь, вернуть себе
человеческий облик с помощью туго набитого баксами кошелька или властных высот
невозможно в принципе. Для этого нужно нечто иное – тебе, видимо, недоступное.
И потому ты зря стараешься здесь…
     - Да не хочу я
ничего возвращать, - перебил его Стас. – Вы так ничего и не поняли. У меня
всегда был облик, свойственный людям согласно их естеству. Я хочу совершенно
иного. И в этом смысле твои, Славик, туго набитый кошелёк и властные высоты мне
помогали всегда. А уж зря я здесь стараюсь или нет, мы сейчас увидим. Я как раз
за тем и пришёл.
     С этими словами
он быстро вынул из бокового кармана пиджака сотовый телефон и набрал номер:
     - “Лоб”, давай…
     Буквально через
несколько секунд послышался щелчок замка во входной двери, и в комнате
появились два высоких и коренастых молодых человека в чёрных костюмах и тёмных
очках. Молча встали у стены.  
     - Это кто? –
подалась вперёд Наталья. – Как они сюда вошли?
     - Ключи можно
подобрать от всего на свете, - спокойно ответил Стас. – А молодцов моих попрошу
не раздражать: они порой бывают зубасты, как аллигаторы.
     Молодые люди
осклабились.
     - Ты что задумал?
– презрительно посмотрела на Стаса Наталья.
     - То, что делал
всегда, - разумеется, в свободное от работы время. Показывал людишкам, что они
являют собой на самом деле. А вот средство для этого сегодня я избрал самое
приятное в жизни – занятие любовью. Сейчас на виду у всех присутствующих эти
былинные богатыри создадут с нашей красавицей комсоргом эротическое трио…
     - А ты не
придурок? – вспыхнула Наталья.
     - Знаешь, Стас, -
подошёл к нему Славик, - похоже, тот урок ты действительно не усвоил. Извини за
плохое гостеприимство, но тебе со своими холуями лучше удалиться.
     - И ты, “учебный
сектор”, тоже не обессудь…
     Он едва заметно
кивнул головой; и один из “атлетов” в прыжке нанёс Вячеславу такой удар ноги в
лицо, что тот отлетел к противоположному окну. При этом его очки ударились о
стену и разбились.
     Наталья
вскрикнула и подбежала к Славику, а Геннадий вскочил со стула:
     - Положим, со
мной им придётся попотеть. Если ты помнишь…
     - Я помню всё до
мелочей, физорг. И не только твои мускулы, но особенно насмешки надо мной,
когда я висел на перекладине, не в силах подтянуться, - по твоим словам,
болтаясь, как сосиска. Ну, да не в этом дело. Поверь, нам ничего не стоит тебя,
скажем, пристрелить. Однако я ведь обещал вам другое. А потому не то, что
гадости тебе не сделаю, но напротив – щедро тебя награжу. За то, что ты в своё
время оказал мне, глупышу, неоценимую услугу – помог понять глубинный смысл и
значение физической силы… “Лоб”!
     Охранник сбегал в
коридор и вернулся в комнату с пластмассовым ящиком. Быстро его распаковал и
пододвинул Геннадию.
     Тот побледнел:
     - Это чё, водяра?
     - Причём,
чистейшая. В отличие от твоего “Крепыша”, который выворачивает наружу все
кишки. Здесь ровно двадцать пузырей. В машине у подъезда ещё полтора десятка
таких ящиков и столько же коробок мирового закусона – ветчина, салями и прочее.
Всё в вакуумных упаковках, так что можно обойтись без холодильника, коего у
тебя нет. – Он усмехнулся. – Водитель доставит всё это тебе на дом, а ребята
выгрузят и складируют, где скажешь. Усвоил?.. Я же знаю, что у тебя каждое утро
“трясучка”, что не “Портвешок” и лимонад этот кислый, - он кивнул на бутылку
“Шампанского”, - тебе нужны. Причём, постоянно… Ну, чего стоишь, как истукан!
     Стас откупорил
одну из бутылок, налил из неё в стакан и подал Геннадию:
     - Пей! Ведь вижу
- плохо тебе. Хлебнёшь – человеком станешь! Ну!
     Он приподнёс
стакан к его губам, при этом водка плеснула Геннадию на рубаху.
     - Мне всё это
вышвырнуть с балкона?! – Стас повысил голос. – Считаю до трёх!
     Геннадий выхватил
из его руки стакан, одним махом его осушил и опустил голову.
     - Теперь чтобы
духу твоего здесь не было! Живо! – скомандовал Стас, толкнув его в грудь.
     Геннадий что-то
пробурчал в сторону Натальи и, пошатнувшись, поковылял к выходу. Один из
охранников взял ящик с водкой и последовал за ним… Вскоре вернулся и встал на
прежнее место.
    Стас подошёл к
окну и наклонился к стонущему на полу Вячеславу:
     - Больно? – Он
сделал страдальческую гримасу на лице. – Ай-яй-яй… Так ведь драться – не
задачки по алгебре решать… К тому же, я вернул тебе долг: ты, наверное, забыл,
как однажды перед контрольной “настучал” нашей Эльвире Семёновне, что у меня в
кармане брюк шпаргалка А, борец за справедливость?.. Ну да кто старое помянет…
Вставай, - он похлопал его щеке, - до свадьбы заживёт.
    Наталья дала
Славику платок, и тот приложил его к окровавленной губе.
     - Ступай с миром,
братан, - Стас отошёл к столу.
     Вячеслав не
шелохнулся.
     - Или хочешь
продолжения? Учти, вторая серия будет уже не комедией, а фильмом ужасов.
     При этих словах
охранник шевельнулся, и Славик вздрогнул.
     - Ну что ты,
“Лоб”, пропусти мальчика: он всё понял.
     Тот посторонился;
и, держась за губу, Вячеслав поспешно удалился…
     - А ты,
красавица, - Стас обратился к Варваре, - вероятно, тоже собираешься грудью
встать на защиту своей закадычной подруги. Тогда занимай оборону.
     - Предлагаешь
мне, слабой женщине, драться с бугаями? – Она ухмыльнулась. – Был бы у меня
такой     “крутой” муженёк!..
     - Да разве я не
знаю, что ты умница…
     - Вот что, Стас,
- подала голос Наталья, - Мне осточертело тебя слушать. Я не боюсь ни тебя, ни
твоих “отморозков”. И даже если ты меня здесь изуродуешь, не перестану
повторять, что ты – обыкновенная сволочь, коих, к великому сожалению, на земле
пруд пруди…
     - Да что ты,
комсорг, - развёл руками Стас, - какой мне резон калечить то, что я хочу
одарить лаской? К тому же до тебя, видно, так и не дошло, что мне не прелести
твои нужны, - поверь, такого добра, и даже более высокого качества, у меня, как
ты выразилась, пруд пруди… Я жду от тебя иного: добровольного и осознанного
признания себя точно такой же обезьяной, какой вы меня когда-то изобразили в
школьной стенгазете.
     При этих словах
он бросил на стол обмотанную лентой пачку.
     - Тут десять кусков “зелёных”. Выполнишь
работу – они твои.
     Наталья
посмотрела на деньги, затем перевела взгляд на Стаса:
     - Ты, сердечный,
даже не подозреваешь, насколько серьёзно болен… - И уже раздражённо: - Была бы
у меня мужская сила, я б засунула тебе эту пачку сам знаешь куда…
     - Ну что ж,
красавица, - Стас обратился к Варваре. – Раз у твоей подруги ничего не
получается, придётся ей помочь.
     - Что? – та не
отрывала своего взгляда от пачки долларов на столе.
     - Разденешь её – деньги
твои. И я не шучу.
     У Варвары
затряслись руки.
     - Кстати, это
твоё старушечье платье, - усмехнулся Стас, - не от бабы ли Шуры тебе досталось?
В качестве вознаграждения за вскопанные грядки!
     - Но… я не смогу…
она не дастся…
     - Варя, ты с ума
сошла? – посмотрела на неё Наталья.
     - Разве я сказал,
что это будет легко? – Стас подошёл к Варваре. – Однако согласись: стоимость
услуги должна соответствовать её трудоёмкости… Правда, если эта работа тебе не
под силу, то я отдам десять кусков… вон хотя бы “Лбу”. Он всё сделает вмиг…
     Варвара резко
развернулась и кинулась к Наталье. Вцепившись в её волосы, она повалила свою
подругу на пол и с силой рванула на ней платье.
     - Браво! –
захлопал в ладоши Стас.
     - Опомнись,
дурочка! – Наталья упёрлась ладонью в подбородок Варвары и, резко метнувшись в
сторону, сбросила её с себя.
     Обе поднялись на
ноги, тяжело дыша.
     - Тебе не стыдно?
– поправляя платье, прохрипела Наталья.
     - А тебе… не
совестно за эту заплесневелую кислятину, - Варвара кивнула на тарелку с
блинами. – Сама подыхаешь, и хочешь меня за собой утащить. Я жить хочу –
понимаешь, жить! Пусть не так, - она кивнула на Стаса, - но хотя бы жрать
досыта… нормально одеваться, чтоб мужикам нравиться… ребёночка заиметь, коего я
не рожаю только потому, что не смогу его прокормить!.. Живём мы, дорогуша, один
раз; и ставить на своей единственной жизни крест я не собираюсь!..
     - У нас мало
времени, - показал на часы Стас.
     - Варвара
кинулась на подругу и поцарапала ей лицо
     - Эй, красавица,
- крикнул Стас, - ты мне не испорть товар!
     - Ничего,
подкрасишь-подмажешь…
     Борьба
возобновилась с новой силой.
     Наталья не
поддавалась. Тогда Варвара наотмашь ударила её по щеке. И когда та, застонав,
пошатнулась, разорвала на ней платье по шву. Однако, едва принялась за
колготки, Наталья вцепилась в ворот свитера своей подруги и с силой отбросила
её в сторону. Тут же схватила со стола кухонный нож:
     - Подойдёшь –
распорю тебе брюхо… и баксы не помогут!..
     Варвара
отступила; огляделась по сторонам и, взяв в руки табуретку, швырнула её в
Наталью. Та увернулась, и табуретка грохнулась о стол. Пачка долларов упала на
пол, ленточка размоталась, и купюры разлетелись по сторонам.
     Внезапно Наталья
рассмеялась… Затем пнула ногой в сторону Варвары несколько банкнот:
     - Бери,
заработала!..
     Варвара
нагнулась:
     - “Кукла”! –
глаза её блеснули. – Ты что же, гад, делаешь!
     Она кинулась с
вытянутыми руками на Стаса. Однако охранник подставил ногу, и Варвара
распласталась возле батареи.
     - Что я делаю? –
невозмутимо ответил Стас. – Возвращаю долги. А заодно и память. Рассказать
твоей закадычной подруге, кто первым тогда “застукал“ меня с банкой варенья?
     Он повернулся к
Наталье:
     - Не вы с пацанами,
когда я пытался перелезть через забор. А гораздо раньше, в тамбуре, она. – Он
кивнул на Варвару. - Отлей, говорит, мне в кружку, тогда скажу, что бабка сама
нас угостила… Ну, я и поделился с ней сладеньким… А после, как идиот, надеялся,
что она меня “отмажет”, до самого судилища… - Стас подошёл к Варваре: - Не
захотела плыть против течения? Чистоплюйка! Мотай отсюда! – И он направился к
Наталье.
     Варвара резко
вскинула голову:
     - Дай хоть
немного… ведь у тебя их – куры не клюют… Ну, пожалуйста… Мы же с тобой в
седьмом за одной партой сидели…
     - Кому сказал,
бегом из квартиры, пока мои хлопцы из тебя котлету не сделали! “Лоб”, проводи
её.
     Охранник схватил
Варвару за локоть и волоком потащил к выходу… Затем вернулся на исходное место
и скрестил руки.
     Зазвонил телефон.
Наталья взяла трубку.
     - Да… я… Что?!.
Она с ума спятила?!. Кровь остановили?.. Слава Богу… Ты от неё пока не уходи,
ладно?.. Катя нормально?.. Хорошо, я после перезвоню…
     Она положила
трубку и опустилась на стул.
     - Проблемы? –
поинтересовался Стас.
     Наталья не
ответила. С минуту длилось молчание…
     - Прикольно я с
“куклой”, да? Только учти, у меня есть и настоящие…
     Наталья сидела на
стуле и смотрела перед собой.
     - Конечно, ты
можешь остаться с гордо поднятой головой, как Зоя Космодемьянская, - Стас
усмехнулся, - однако согласись, что твои друзья оказались самыми что ни на есть
нормальными макаками. Просто в своё время они не поняли, что играть в
добродетель при сытом желудке и поддержке сильных мира сего не составляет
никакого труда. Но едва это перестаёт приносить капитал – финансовый,
политический, моральный – какой угодно, всё моментально возвращается на круги
своя.
     Он прошёлся по
комнате взад-вперёд и остановился возле Натальи:
     - Ведь твоё бычье
упрямство, кроме пустого желудка и ежедневных поисков работы тебе ничего в
жизни не принесёт. На что ты надеешься? Объясни мне; может, я и впрямь чего-то
не понимаю…
     - Наконец-то, -
Наталья обернулась и с усмешкой посмотрела на Стаса. – Осознание своей тупости
– уже признак умственного выздоровления… Во-первых, ты подумал своей пустой
башкой, - она постучала себе кулаком по лбу, - что мне не было никакого резона
унижаться при своих! За кого бы тогда они меня сочли? За “перевёртыша”? “Двурушника”?..
А теперь я в их глазах останусь комсоргом с большой буквы, не сломленной ничем
– в отличие от них самих! А это будет послаще твоего тортика, - она кивнула на
стол.
     - …Так-так…
понима-аю… - протянул Стас. – Похоже, я действительно не просёк ситуацию.
     - …И во-вторых, -
она приблизилась к нему вплотную, - таких пачек должно быть три! В противном
случае можешь брать меня силой, если тебе это нужно…
     - Лихо! – развёл
руками Стас.
     - Не нравится? А
ведь только что хвалился своей “крутизной!”
     - Да что ты,
бабок у меня хватает… - Он задумчиво посмотрел в пол… Затем поднял глаза и
улыбнулся:
     - Однако, раз уж
мы вступили с тобой в совершенно иные… так сказать, деловые отношения… то и мне
придётся утроить цену – иначе, согласись, услуги будут неравнозначны. Всё
происходящее мы запишем на видео, и кассету я оставлю себе.
     Наталья
побледнела:    
     - Хочешь показать
её ребятам? Паскудный же ты человек…
     - Извини,
дорогая, но такие гонорары не платят даже порнозвёздам. Однако, если желаешь,
могу обойтись без видео, за прежнюю сумму.
     - Чёрт с тобой,
снимай своё кино…
     - Другой
разговор… Только придётся малость обождать, я же не таскаю с собой столько
баксов. Сейчас позвоню, и денежки доставят, как говорится, прямо в номер…
     - За идиотку меня
держишь?
     - Не понял…
     - Всё ты понял и
прекрасно знаешь, как такие дела делаются. После “сеанса” один из твоих
“отморозков” даст мне по зубам, как Славику, а ты положишь баксы себе в карман…
     С этими словами она
вынула из шкафа сберкнижку с паспортом и бросила их на стол перед Стасом.
     - Молоде-ец, -
опять удивлённо протянул тот. – Знаешь, мы бы составили с тобой прекрасную
пару… Выходит, я и в тебе не ошибся… Нет, после твоих слов я подлинно считаю
себя познавшим людей намного лучше самого Фрейда.
     Он взял со стола
её документы, отошёл к окну и, вынув из бокового кармана пиджака телефон,
набрал номер. Затем принялся что-то диктовать и записывать в блокнот… Минут
через десять вырвал из него листок и отдал его вместе с паспортом и сберкнижкой
Наталье.
     - Можешь
позвонить в банк и справиться, что теперь ты владелица тридцати тысяч долларов
– в рублях по курсу ЦБ. В сберкнижку можешь внести эту сумму когда захочешь…
Ну, а теперь я рассчитываю на твоё “купеческое” слово.
     - Грошь цена
твоему благородству; ты просто не выпустишь меня отсюда живьём, если не
получишь своё.
     …Некоторое время
спустя Наталья положила трубку телефона на место и, убрав документы в шкаф,
зашторила окна:
     - Сколько у нас
времени?
     - Ровно сорок
минут, - Стас кивнул охраннику. Тот вышел из квартиры, а вернулся уже с
мужчиной, в руках которого была видеокамера. Стас включил магнитофон и
откинулся на спинку дивана, положив ногу на ногу…
 
     … Когда “сеанс”
окончился, он стащил с кровати одеяло и бросил его на обнажённую Наталью,
свернувшуюся у стены калачиком и закрывшую лицо руками:
     - Сходи в душ:
прёт от тебя, как от бардельной девки… Счастливо отметить гонорар.
     И в сопровождении
охранников Стас покинул квартиру…
     - Что,“Лоб”,
получил удовольствие? – спросил он уже в машине.
     - Ну…
     - Баранки гну…
Дай-ка мне ключ. Нужно черкануть ей свой телефончик: вдруг мадам захочет
выкупить кассету? Всё ж двадцать кусков!
     - Ну, копию-то мы
себе оставим? На память, - и он громко расхохотался.
     - Обязательно, -
вздохнул Стас…
     Он поднялся на
третий этаж и открыл дверь. Всё так же играла музыка. Стас заглянул в комнату.
     Наталья в
порванном платье и с растрёпанными волосами, всхлипывая, набирала номер
телефона.
     “Случайно, не в
“ментовку“, - пронеслось у Стаса в голове. – Она что, дура?“
     - Николай, -
сказала в трубку Наталья, - это я. Как Нина Ивановна?... Ясно. Теперь слушай
меня внимательно. Передай ей прямо сейчас…
     “Стучит, паскуда…”
– У Стаса бешено заколотилось сердце.
     -… что завтра мы
повезём её дочь в центральную клинику к профессору Сазонову. Деньги на операцию
у меня есть, и ещё на многое хватит… Какая тебе разница?.. Главное, скажи ей,
чтоб она и в мыслях больше не держала резать себе вены, иначе её упекут в
психушку! Ради Бога, спрячь от неё все ножи и вилки!.. А Катеньке обязательно
передай, чтобы она больше не плакала; что завтра тётя Наташа принесёт ей
шоколадку с орешками и мы поедем с ней к доктору, который её обязательно
вылечит. Запомнил?.. Молодец… Сам-то, наверное, голодный. Замори там чем-нибудь
червячка, а завтра я тебя накормлю как следует… Всё, до утра…
     Она бросила
трубку и, подбежав к умывальнику, открыла кран. Её вырвало… Затем, утерев
ладонью губы, она подошла к кровати, повалилась на неё и, уткнув лицо в
подушку, по-собачьи заскулила…
     А Стас стоял в
прихожей как вкопанный…


Владимир Кузин

Сообщение отредактировал bukwa - Воскресенье, 16.02.2014, 16:51
 
Форум » Литературные блоги » Владимир Кузин » Незваный гость
Страница 1 из 11
Поиск:

Яндекс.Метрика